25 июн в 08:27
ИСТОРИЯ, ВСЕХ ВРЕМЁН И НАРОДОВ. :
![](http://world76.spcs.bio/i/ico/users_group.png)
Джейн Паркер леди Рочфорд: на эшафот она взошла спокойно и с достоинством.
Право же, нам трудно определиться, кто в этой истории главная героиня – немного распутная, хотя и милая, и наивная юная королева Кэтрин Говард, или опытная интриганка леди Рочфорд, урождённая Джейн Паркер, в замужестве – Болейн.
Джейн Паркер
При дворе вторую мало кто любил, а уж побаивались – точно. Из-за зловещего шлейфа слухов, что за ней тянулся. Ну ещё бы – своими свидетельствами отправить на эшафот своего мужа и его сестру, английскую королеву Анну Болейн, обвинив их в грехе кровосмешения! И тем самым выторговав у жестокого короля Генриха VIII помилование. Ну да, была ссылка в глушь, в дальнее имение – так зато голова на плечах осталась! Пока осталась. Потому что страсть к интригам никуда не делась.. а когда монарший гнев иссяк, вернули ко двору, рассудив, что интриги интригами, но новой юной королеве Кэтрин Говард, избраннице старого и больного короля, нужна опытная фрейлина-наставница.
Мини-сериал «Волчий зал». Казнь Анны Болейн
А король в самом деле был плох. Когда-то золотоволосый красавец давно излишествами трансформировался в злобного тучного старикашку, способного в минуты гнева отправить на плаху кого угодно – начиная с самых близких когда-то друзей, а заодно избавлявшегося таким оригинальным способом от надоевших жён. Этакий «развод по-королевски». Но относительно своей новой супруги никаких признаков неудовольствия ею пока не было. Кэтрин ведь недаром имела репутацию «розы без шипов».
Но тут была тонкость. Да, сама она юная Кэтрин была весёлой и беззаботной девушкой. Однако в активе у неё был ещё и её род, клан из алчных и полных спеси Говардов, а уж у тех при дворе недоброжелателей хватало! И кому, как ни леди Рочфорд, нашей Джейн Болейн, это было не понимать? Сама же была из их числа, их крови.
Кэтрин Говард в «Тюдорах»
Как в таком раскладе может укрепиться положение новой королевы? Ну конечно же, родами наследника! Или двух. Правда, старость и немощность короля, его неспособность к исполнению супружеского долга делало сию задачу практически невыполнимой.
«Значит, - размышляла леди Рочфорд, - надо подвести к нашей никудышной королеве, у которой ни ума, ни целомудрия, ни королевских статей, одного из молодых и пылких, как жеребец, придворных!». И к таким размышлениям были все основания: ведь несмотря на славу «розы без шипов» прошлое у молоденькой королевы было уже достаточно пикантным. Воспитание в пансионате бабушки, которая была вдовствующей герцогиней Норфолк, привило девице очень лёгкие нравы – такова уж была атмосфера этого заведения. По крайней мере, навыки флирта, частенько пресекавшего границы приличий, пансионат своим воспитанницам успешно привил. И на этом основании клан Говардов принял решение: «королева должна родить любой ценой!».
А что? Ведь обручилась же она в шутку, ещё будучи воспитанницей старой герцогини, с таким же безбашенным юным отпрыском крупного норфолкского землевладельца Фрэнсисом Дэримом. И хотя обручение было ненастоящим, зато отнюдь не фиктивными были их пылкие объятия, так что ко двору «роза без шипов» привезена была уже в виде вполне распустившегося (а вернее – распутного) бутона.
вполне распустившегося (а вернее – распутного) бутона.
Пока ещё правда, не в роли будущей королевы. Таковой ей предстояло стать чуть позже, а пока она - фрейлина, по протекции своего дяди Томаса. А сам Генрих готовился бракосочетаться с немкой Анной Клевской. Будущий брак был чисто династическим, «браком престижа», так как оба брачующихся искренне ненавидели друг друга… так что появление Кэтрин было очень кстати: король тут же дал своей немке отставку, а с этим обаятельным созданием из клана Говардов он вновь получил возможность почувствовать себя мужчиной хоть куда!
А что касается нужности появления наследника, то уж тут Говарды быстро отыскали нужного кандидата – смазливого на личико постельничего короля Томаса Калпепера. Тем паче, что уже он положил глаз на Кэт, да и та сама, умудрённая пансионатским опытом, тоже подавала ему тайные знаки внимания. И здесь наступил звёздный час леди Рочфорд, которая снова почувствовала себя в своей стихии: она занялась натуральным сводничеством, с выискиванием для парочки укромных местечек и исполняя роль стража при их свиданиях, а также взяв на себя роль почтальона в их переписке друг с дружкой.
Всё бы было хорошо – если бы
невеликого ума королева не подобрала себе в конфидентки столь же безмозглых фрейлин-подружек. Которые не преминули разболтать всем и каждому подробностей этих свиданий. А тут ещё и давний амант Фрэнсис ДЭРим во дворце объявился, и тоже язык за зубами не держал… В общем, очень скоро король получил доказательства измены своей прелестницы, впал в меланхолию с причитаниями, что женщинам верить нельзя, и повелел казнить как первого любовника жены Фрэнсиса, так и незадачливого нового любовника Калпепера. Притом казнь должна была быть показательно жестокой – с повешением, потрошением и четвертованием, такой вот букет зрелищ для простонародья. С Кэтрин же и леди Рочфорд должны были поступить более «гуманно» - просто отрубить голову. В последний момент король всё же проявил снисхождение к шельмецу-постельничему – вместо комплекса казней его присудили лишь к отсечении головы.
Что самое интересное, юная королева могла спасти себе жизнь, если б заявила, что жила в Дэримом в браке, будучи ещё не королевой. Ведь в этом случае её брак с Генрихом VIII мог считаться не действительным, супружеской измены не было, и максимум, что ей бы тогда грозило – ссылка в монастырь. Но милая простушка Кэтрин вдруг проявила фамильную спесь. Заявив, что Говарды никогда не вступят в брак с человеком по положению ниже себя! Чем и утвердила себе королевский смертный приговор.
Было впечатление, что она не понимала, что на самом деле происходит. И даже попросила принести в её камеру смертников в Тауэре ту плаху, на которой ей должны отрубить голову. «Для тренировки», как она пояснила судьям. Чтобы научиться укладывать на неё свою прелестную и глупую головку поизящнее. А утром взошла на эшафот со следами слёз и рыданий.
Иначе вела себя леди Рочфорд,
которая, по свидетельству судей и палача, помешалась от ужаса всего происходящего так, что в здравости её рассудка усомнились все, кто имел с ней дело в этот момент. Хотя… на эшафот она взошла спокойно и с неким достоинством. Может, просто перестала адекватно воспринимать окружающее?
Так в семействе Болейн, вслед за Анной, отправилась ещё одна жертва пьяного от крови короля, Его Величества Генриха VIII.
Джейн Паркер
При дворе вторую мало кто любил, а уж побаивались – точно. Из-за зловещего шлейфа слухов, что за ней тянулся. Ну ещё бы – своими свидетельствами отправить на эшафот своего мужа и его сестру, английскую королеву Анну Болейн, обвинив их в грехе кровосмешения! И тем самым выторговав у жестокого короля Генриха VIII помилование. Ну да, была ссылка в глушь, в дальнее имение – так зато голова на плечах осталась! Пока осталась. Потому что страсть к интригам никуда не делась.. а когда монарший гнев иссяк, вернули ко двору, рассудив, что интриги интригами, но новой юной королеве Кэтрин Говард, избраннице старого и больного короля, нужна опытная фрейлина-наставница.
Мини-сериал «Волчий зал». Казнь Анны Болейн
А король в самом деле был плох. Когда-то золотоволосый красавец давно излишествами трансформировался в злобного тучного старикашку, способного в минуты гнева отправить на плаху кого угодно – начиная с самых близких когда-то друзей, а заодно избавлявшегося таким оригинальным способом от надоевших жён. Этакий «развод по-королевски». Но относительно своей новой супруги никаких признаков неудовольствия ею пока не было. Кэтрин ведь недаром имела репутацию «розы без шипов».
Но тут была тонкость. Да, сама она юная Кэтрин была весёлой и беззаботной девушкой. Однако в активе у неё был ещё и её род, клан из алчных и полных спеси Говардов, а уж у тех при дворе недоброжелателей хватало! И кому, как ни леди Рочфорд, нашей Джейн Болейн, это было не понимать? Сама же была из их числа, их крови.
Кэтрин Говард в «Тюдорах»
Как в таком раскладе может укрепиться положение новой королевы? Ну конечно же, родами наследника! Или двух. Правда, старость и немощность короля, его неспособность к исполнению супружеского долга делало сию задачу практически невыполнимой.
«Значит, - размышляла леди Рочфорд, - надо подвести к нашей никудышной королеве, у которой ни ума, ни целомудрия, ни королевских статей, одного из молодых и пылких, как жеребец, придворных!». И к таким размышлениям были все основания: ведь несмотря на славу «розы без шипов» прошлое у молоденькой королевы было уже достаточно пикантным. Воспитание в пансионате бабушки, которая была вдовствующей герцогиней Норфолк, привило девице очень лёгкие нравы – такова уж была атмосфера этого заведения. По крайней мере, навыки флирта, частенько пресекавшего границы приличий, пансионат своим воспитанницам успешно привил. И на этом основании клан Говардов принял решение: «королева должна родить любой ценой!».
А что? Ведь обручилась же она в шутку, ещё будучи воспитанницей старой герцогини, с таким же безбашенным юным отпрыском крупного норфолкского землевладельца Фрэнсисом Дэримом. И хотя обручение было ненастоящим, зато отнюдь не фиктивными были их пылкие объятия, так что ко двору «роза без шипов» привезена была уже в виде вполне распустившегося (а вернее – распутного) бутона.
вполне распустившегося (а вернее – распутного) бутона.
Пока ещё правда, не в роли будущей королевы. Таковой ей предстояло стать чуть позже, а пока она - фрейлина, по протекции своего дяди Томаса. А сам Генрих готовился бракосочетаться с немкой Анной Клевской. Будущий брак был чисто династическим, «браком престижа», так как оба брачующихся искренне ненавидели друг друга… так что появление Кэтрин было очень кстати: король тут же дал своей немке отставку, а с этим обаятельным созданием из клана Говардов он вновь получил возможность почувствовать себя мужчиной хоть куда!
А что касается нужности появления наследника, то уж тут Говарды быстро отыскали нужного кандидата – смазливого на личико постельничего короля Томаса Калпепера. Тем паче, что уже он положил глаз на Кэт, да и та сама, умудрённая пансионатским опытом, тоже подавала ему тайные знаки внимания. И здесь наступил звёздный час леди Рочфорд, которая снова почувствовала себя в своей стихии: она занялась натуральным сводничеством, с выискиванием для парочки укромных местечек и исполняя роль стража при их свиданиях, а также взяв на себя роль почтальона в их переписке друг с дружкой.
Всё бы было хорошо – если бы
невеликого ума королева не подобрала себе в конфидентки столь же безмозглых фрейлин-подружек. Которые не преминули разболтать всем и каждому подробностей этих свиданий. А тут ещё и давний амант Фрэнсис ДЭРим во дворце объявился, и тоже язык за зубами не держал… В общем, очень скоро король получил доказательства измены своей прелестницы, впал в меланхолию с причитаниями, что женщинам верить нельзя, и повелел казнить как первого любовника жены Фрэнсиса, так и незадачливого нового любовника Калпепера. Притом казнь должна была быть показательно жестокой – с повешением, потрошением и четвертованием, такой вот букет зрелищ для простонародья. С Кэтрин же и леди Рочфорд должны были поступить более «гуманно» - просто отрубить голову. В последний момент король всё же проявил снисхождение к шельмецу-постельничему – вместо комплекса казней его присудили лишь к отсечении головы.
Что самое интересное, юная королева могла спасти себе жизнь, если б заявила, что жила в Дэримом в браке, будучи ещё не королевой. Ведь в этом случае её брак с Генрихом VIII мог считаться не действительным, супружеской измены не было, и максимум, что ей бы тогда грозило – ссылка в монастырь. Но милая простушка Кэтрин вдруг проявила фамильную спесь. Заявив, что Говарды никогда не вступят в брак с человеком по положению ниже себя! Чем и утвердила себе королевский смертный приговор.
Было впечатление, что она не понимала, что на самом деле происходит. И даже попросила принести в её камеру смертников в Тауэре ту плаху, на которой ей должны отрубить голову. «Для тренировки», как она пояснила судьям. Чтобы научиться укладывать на неё свою прелестную и глупую головку поизящнее. А утром взошла на эшафот со следами слёз и рыданий.
Иначе вела себя леди Рочфорд,
которая, по свидетельству судей и палача, помешалась от ужаса всего происходящего так, что в здравости её рассудка усомнились все, кто имел с ней дело в этот момент. Хотя… на эшафот она взошла спокойно и с неким достоинством. Может, просто перестала адекватно воспринимать окружающее?
Так в семействе Болейн, вслед за Анной, отправилась ещё одна жертва пьяного от крови короля, Его Величества Генриха VIII.
Сообщество: ИСТОРИЯ, ВСЕХ ВРЕМЁН И НАРОДОВ.
Канал: Всемирная история
![]() | ![]() | ![]() | ![]() |
Для добавления комментариев необходимо авторизоваться