3 июн в 11:50
Brat122
:
![](http://world76.spcs.bio/i/acl/all_grey.png)
![(OFF)](http://world76.spcs.bio/i/head/man_off.png?3)
![(P)](http://world76.spcs.bio/i/colored/medal_platina.png)
Тётя Соня
Со времени гибели мужа Сони прошло пятнадцать лет. Нурбек погиб в аварии — водитель машины, в которой он возвращался домой из района, уснул за рулём.
Сорок лет назад Нурбек привёз Софию в родной аул. Здесь у них родился сыночек Атай, но не дожив до трёх лет ребёнок "учуп кетти". Врачи потом сказали, что у малыша было больное сердце. Родители мужа тоже ушли достаточно молодыми, а братья и сестры в поисках лучшей жизни разъехались, кто куда.
Соня коротала свой век одна. Чтобы выжить, женщина занималась гаданием, и к ней постоянно приходили те, кто хотел разыскать пропавшее — будь то украденный магнитофон или потерявшаяся курица.
Но были и те, кто хотел прояснить будущее. У тёти Сони была слава гадалки, которая почти не ошибается. Желающие погадать ехали к ней издалека. Теперь это был её хлеб.
Когда женщине было уже за шестьдесят, в селение перебрался с семьёй набожный мужчина по имени Файзулло. Пять раз в день Файзулло с семьёй молился, и ответы на все вопросы искал в Коране. И, как ему казалось, находил всё, что было нужно.
Он проповедовал учение Аллаха своим соседям, а к тёте Соне зашёл только раз: предупредить, что её искусство — это колдовство джиннов.
— Бросай это дело, — сказал Файзулло, оглаживая жидкую бороду, — не то сгоришь в огне!
— Что-то я не пойму, сосед, ты что, мне угрожаешь? — удивилась Соня, — дом хочешь поджечь?
— Ты сама себе угрожаешь, потому что якшаешься с падшими духами. С джиннами!
— Да не верю я в джиннов, — сказала пожилая женщина, — и тебя не боюсь!
— Как не веришь? А твой покойный муж разве не отсюда родом? Он же правоверный? — удивился Файзулло.
— Мой муж уже пятнадцать лет как умер. А до этого он был зоотехником, — глядя на свои загорелые руки, сказала Соня. — ни он сам, ни его родители, не придавали религии большого значения!
Отряхнув невидимую муку с рук, она смело посмотрела мужчине в глаза и добавила:
— Как-то не принято было.
— Ты знаешь, кто помогает тебе в розыске скотины! Кто показывает тебе картины будущего! — буравя Софью черными глазами, сказал Файзулло, — это джинны! Рано или поздно пойдёшь за это в огонь!
— Так что же ты мне предлагаешь, а, Файзулло?
— Возвращайся на родину. В Россию.
— А я, между прочим, здесь родилась, в Бишкеке! Мой дед — киргиз. И другой родины у меня нет. А ты сам откуда? Не напомнишь? — не удержалась она от сарказма, намекая на то, что мужчина не местный.
— Смейся, смейся! — обиделся Файзулло, но смотри: узнаю, что ты кому из моих гадала, — пожалеешь! Ой, как пожалеешь, тётя Соня!
Он вышел, хлопнув дверью.
***
Через какое-то время всё забылось. Люди продолжали приходить к Соне, и она почти всегда безошибочно указывала, где искать пропавшую вещь или потерявшуюся овцу.
Однажды пришла к ней жена Файзулло, и просила помочь найти пропавшее кольцо. Месила она тесто, сняла его. Оно и пропало. Мархабо решила, что это подружка Зумруд взяла, больше некому!
— Ты же знаешь, Мархабо, что твой муж угрожал мне. Как ты не побоялась прийти сюда?
— Пожалуйста, тётя Соня, говорят ты видишь вора! Помоги найти кольцо! — умоляла Мархабо.
— А что Файзулло? Отпустил тебя? Он знает, что ты здесь?
— Он уехал! Уехал в район. Будет баранов покупать. Племенных. Только Зумруд знает, что я здесь, я попросила её с детьми посидеть, — опустила длинные ресницы красавица Мархабо.
— Ясно.
Тётя Соня, вздохнув, размяла руки, разложила колоду. Потом предложила Мархабо вытащить карту. Та взяла её, точно это была ядовитая змея.
— В общем, кольцо твоё не покидало твоего дома. Ищи, может смахнула его случайно, — сказала, наконец, тётя Соня.
Женщина поспешила домой, и вскоре вернулась, положив перед тётей Соней свежую лепешку и немного овечьего сыра.
— Нашла? — спросила её та.
— Да! Прямо в щель между досками закатилось! — сказала обрадованная Мархабо, — храни Аллах тебя, тётя Соня. Ты очень мне помогла.
Когда она ушла, Соня вздохнула. Есть ей не хотелось, и она накрыв лепешку чистым полотенцем, легла вздремнуть. Запах свежего хлеба напомнил ей молодость. Время, когда она впервые попала сюда и познакомилась с родителями мужа. Они тепло приняли её, а на их с Нурбеком свадьбе гуляло почти двести пятьдесят человек! Такие были времена! И там подавали такие же лепёшки, и сыр...
После того, как у неё побывала Мархабо, прошла неделя. Как-то женщины аула собрались ехать в город. Тётя Соня хотела попросить, чтобы ей привезли кое-что по мелочи с базара. Женщины уже садились в микроавтобус, была там и Мархабо. У неё на скуле был огромный синяк. Увидев тётю Соню, женщина не поздоровалась, а сразу, чуть ли не бегом побежала прочь.
— Чего это с ней? — спросила тётя Соня у соседки Зумруд. Та считалась подругой Мархабо.
— А вы как думаете? — издевательски сказала Зумруд, — всё из-за вас!
Тётя Соня так расстроилась, что забыв, о чём хотела просить отбывающих на базар, пошла домой. В последнее время её угнетало чувство скорой беды. И даже дважды приснился Нурбек. Он грустно смотрел на неё, но не звал с собой.
После того случая тётя Соня зареклась иметь дело с родственниками Файзулло. Но однажды к ней постучался его старший сын, Анзор. Молодой человек был в отчаянии.
— Нет, нет, нет! — даже не выслушав его просьбу, подняла руки тётя Соня, — уходи, Анзор!
— Помогите, прошу! Лучший барашек отца пропал... и двух недель не прошло, как он его на выставке купил! Отец теперь убьет меня! — сбивчиво говорил молодой человек, — помоги, тётя Соня! Как человека прошу!
Начался мелкий дождик. Женщина посмотрела в окно. Небо потемнело, его затянули серые облака, а сердце сдавила знакомая с недавнего времени тоска.
— Боюсь, что тебе барашка не сыскать в такую-то погоду, — сказала она Анзору.
— Я всё равно пойду, мне без него пути домой нет, — в голосе Анзора послышалась решимость, — бросай карты, тётя Соня, покажи где искать.
— Отца боишься, — тётя Соня раскладывала карты на видавшем виды столе, — так Файзулло всё равно будет браниться, если узнает, как ты его нашёл.
— Никого я не боюсь, кроме Аллаха, — насупился Анзор, — очень прошу, уважаемая, давай быстрее, а то совсем темно будет.
— Сейчас, погоди, не торопи! — тётя Соня вытянула руки и положила пальцы на карты. Потом открыла глаза, смешала карты, и разложила вновь. Лицо её хмурилось, как и погода за окном.
— Ну? — нетерпеливо спросил Анзор, — что говорят тебе карты?
— Ничего не говорят, — женщина собрала карты в кучу, — не вижу, где твой барашек!
— Э-ээ, тётя Соня! Так не бывает! — усомнился Анзор, — всегда видела, а тут вдруг нет? Говори, как есть! Что, сорвался? Или ещё какая беда?
— Не вижу, — упрямо повторила она, — отстань, Анзор. И забери свой гостинец.
— Тётя Соня! Отец меня убьёт! Ну, пожалуйста, — начал умолять её молодой человек, — я тебе дров принесу, сделаю, что попросишь.
— Пристал, как банный лист! — огрызнулась тётя Соня, — Не вижу я твоего барашка, понял?
— Ладно, — склонил голову Анзор,— придётся самому искать... Э-эээх! —он встал и направился к двери.
— Не ходи, парень, — снова сказала тётя Соня, — не надо! Будет буря, и если с тобой что случится, твоя мать не переживёт! Пожалей Мархабо!
— Значит, ты видела? Видела, где барашек? — повернулся от двери Анзор.
— Нет, же! Я видела нечто другое, но, если скажу тебе, мой дар пропадёт, понимаешь? У моей бабушки так он пропал. Чем я буду жить? Прости, но я не могу тебе сказать ничего. Но могу попросить не ходить сегодня в горы. Не ходи, Анзор!
Молодой человек, повесив голову, вышел за дверь.
Она догнала его у перевала. От быстрого бега седые волосы её растрепались, она тяжело дышала.
— Не ходи, не вернёшься! — сказала она, задыхаясь.
— Ты это видела, тётя Соня? — спросил он.
Ветер неистовствовал в зарослях, где-то совсем рядом громыхнуло.
— Давай скорее вернёмся дом, — взмолилась она, — не то твой отец увидит, тогда беды не миновать!
— Только если скажешь мне, что видела! — молодой человек пошёл за тётей Соней.
Не успели они войти в хижину, как начался сильный дождь.
Тётя Соня села за стол и раскинула карты. Анзор стоял возле неё и ждал.
— Смерть бродит рядом, — сказала тётя Соня, нахмурившись, — лучше переждать. Нельзя идти туда сейчас.
— Но, ведь я могу пойти после того, как стихнет буря! — сказал Анзор.
В этот момент сверкнула молния, и на стене возникла тень человека с ружьём. Он стоял у окна, но остался незамеченным.
— Смерть рядом, — сказала тётя Соня, а уж если она пришла, то не уйдёт без добычи! Пусть лучше пропадёт барашек!
Её слова утонули в раскатах грома. Ни она, ни Анзор не слышали, как открылась дверь.
— Я предупреждал тебя! — сказал на своём языке Файзулло, вскидывая ружьё, — Анзор! Отойди от нечистой!
Струи воды стекали с его одежды, и бороды. Глаза метали молнии.
— Файзулло! — спокойно сказала тётя Соня, — радуйся, Файзулло, — у меня нет больше дара! Я ничего не вижу, потому что нарушила условие.
— Джинны вложили в твои уста лживые речи, — нехорошо улыбнулся мужчина и прицелился тёте Соне в грудь, — я бы сказал тебе молиться, но ты же не веришь во Всевышнего!
— Отец прошу тебя! — подал голос Анзор, — я сам виноват и готов подставить спину под твою плеть!
— Молчи, с тобой я потом потолкую! — сверкнул глазами Файзулло и палец его лёг на спусковой крючок.
Грохнул выстрел.
В этот момент Анзор прыгнул и сбив с ног тётю Соню, схватил телом пулю, которая летела ей прямо в сердце.
Он упал на спину.
Бросив ружьё, к нему бросился отец, но едва взглянув на расползающееся на рубахе пятно, потемнел лицом. Понял, что шансов нет.
Тётя Соня, встав на четвереньки тоже подползла к умирающему парню.
— Ты права была… апа.. она… не уйдёт без добычи… — улыбаясь, сказал ей Анзор.
— Я про того барашка говорила! Сейчас я помогу тебе, — сказала она, но губы её тряслись, она сама не верила в это. — Зачем ты это сделал, мальчик? Такой молодой!
Она гладила его холодеющую руку и плакала.
Файзулло сидел на коленях и закрыв глаза, молился. После чего встал, поднял ружьё и даже не взглянув на сына и тётю Соню, вышел.
Через несколько минут Соня услышала нарастающий плач, в дом влетела заплаканная Мархабо, мать Анзора.
Она бросилась к сыну, обняла его и успела поймать его последний вздох.
— Всё из-за тебя! — подняв искажённое ненавистью лицо, сказала Мархабо, — если бы не ты!
Тётя Соня ничего не ответила ей. Она чувствовала жуткую усталость. Подошла к столу, где остались разложенные ей карты, собрала их, и бросила колоду в почти погасший очаг. Карты вспыхнули, осветив на несколько мгновений её лицо, не выражающее никаких эмоций.
Женщина вышла из своей хижины навстречу людям, которые узнав о чудовищном происшествии спешили со всех концов селения к её дому.
Дождь кончился, гроза уходила на восток.
Соня шла по дороге, а за нею, молча следовали односельчане — многие из которых помнили её с детства.
Женщина привела их на место, где находился вымокший барашек. Он свалился в яму. Был жив и жалобно блеял.
— Это последний, которого я нашла, — сказала тётя Соня, обращаясь к людям, — теперь всё. Мой дар ушёл. И я ухожу.
— Куда ты пойдёшь, на ночь глядя? Не дури! — слышались возгласы, — пропадёшь!
— Значит так тому и быть! — равнодушно махнула она рукой, проходя мимо людей.
Но тут кто-то схватил её за рукав.
Это был Жаныбек. Он знал Соню с тех самых времен, как она появилась в этих местах. И дружил с её мужем. Ей всегда казалось, что Жаныбек недолюбливает её, избегает.
Он отвёл её в сторонку и сказал тихо, но внятно:
— Все мы знаем, кому предназначалась пуля Файзулло. Если уйдешь, пропадёшь. И получится, что парень погиб зря. А ведь он хотел, чтобы ты жила. Не предавай его память!
— Я не вижу смысла в этой жертве, Жаныбек, — грустно улыбнулась она, — Зачем мне жить? Все, кто меня любил, умерли. Я никому не нужна. Если останусь, то рано или поздно, пуля Файзулло найдёт меня.
— Так я о чём, — смутился Жаныбек и добавил: — я давно думал сказать тебе, Соня... Если хочешь, можешь стать хозяйкой в моём доме.
— Как это? Ты что предлагаешь мне стать твоей женой, а Жаныбек?
— Я один, ты одна, — улыбнулся он, — ты не смотри, я хоть и не молод, но стреляю хорошо, если что, не промахнусь. Буду тебя защищать от Файзулло!
— Спасибо, Жаныбек! — расчувствовалась Соня, — я подумаю.
Похоронив сына, Файзулло с семьёй ушёл на юг страны. Но Соня всё равно приняла предложение Жаныбека, который, оказывается, всегда питал к ней тёплое чувство. Ведь на двоих радость вдвое больше, а горе вдвое меньше.
Тётя Соня, посещая мужа, его родителей и своего маленького сына, всегда навещает и Анзора, и подолгу разговаривает с ним. Она никак не может понять, почему молодой человек так поступил.
Лютик
Из сети интернет
Сорок лет назад Нурбек привёз Софию в родной аул. Здесь у них родился сыночек Атай, но не дожив до трёх лет ребёнок "учуп кетти". Врачи потом сказали, что у малыша было больное сердце. Родители мужа тоже ушли достаточно молодыми, а братья и сестры в поисках лучшей жизни разъехались, кто куда.
Соня коротала свой век одна. Чтобы выжить, женщина занималась гаданием, и к ней постоянно приходили те, кто хотел разыскать пропавшее — будь то украденный магнитофон или потерявшаяся курица.
Но были и те, кто хотел прояснить будущее. У тёти Сони была слава гадалки, которая почти не ошибается. Желающие погадать ехали к ней издалека. Теперь это был её хлеб.
Когда женщине было уже за шестьдесят, в селение перебрался с семьёй набожный мужчина по имени Файзулло. Пять раз в день Файзулло с семьёй молился, и ответы на все вопросы искал в Коране. И, как ему казалось, находил всё, что было нужно.
Он проповедовал учение Аллаха своим соседям, а к тёте Соне зашёл только раз: предупредить, что её искусство — это колдовство джиннов.
— Бросай это дело, — сказал Файзулло, оглаживая жидкую бороду, — не то сгоришь в огне!
— Что-то я не пойму, сосед, ты что, мне угрожаешь? — удивилась Соня, — дом хочешь поджечь?
— Ты сама себе угрожаешь, потому что якшаешься с падшими духами. С джиннами!
— Да не верю я в джиннов, — сказала пожилая женщина, — и тебя не боюсь!
— Как не веришь? А твой покойный муж разве не отсюда родом? Он же правоверный? — удивился Файзулло.
— Мой муж уже пятнадцать лет как умер. А до этого он был зоотехником, — глядя на свои загорелые руки, сказала Соня. — ни он сам, ни его родители, не придавали религии большого значения!
Отряхнув невидимую муку с рук, она смело посмотрела мужчине в глаза и добавила:
— Как-то не принято было.
— Ты знаешь, кто помогает тебе в розыске скотины! Кто показывает тебе картины будущего! — буравя Софью черными глазами, сказал Файзулло, — это джинны! Рано или поздно пойдёшь за это в огонь!
— Так что же ты мне предлагаешь, а, Файзулло?
— Возвращайся на родину. В Россию.
— А я, между прочим, здесь родилась, в Бишкеке! Мой дед — киргиз. И другой родины у меня нет. А ты сам откуда? Не напомнишь? — не удержалась она от сарказма, намекая на то, что мужчина не местный.
— Смейся, смейся! — обиделся Файзулло, но смотри: узнаю, что ты кому из моих гадала, — пожалеешь! Ой, как пожалеешь, тётя Соня!
Он вышел, хлопнув дверью.
***
Через какое-то время всё забылось. Люди продолжали приходить к Соне, и она почти всегда безошибочно указывала, где искать пропавшую вещь или потерявшуюся овцу.
Однажды пришла к ней жена Файзулло, и просила помочь найти пропавшее кольцо. Месила она тесто, сняла его. Оно и пропало. Мархабо решила, что это подружка Зумруд взяла, больше некому!
— Ты же знаешь, Мархабо, что твой муж угрожал мне. Как ты не побоялась прийти сюда?
— Пожалуйста, тётя Соня, говорят ты видишь вора! Помоги найти кольцо! — умоляла Мархабо.
— А что Файзулло? Отпустил тебя? Он знает, что ты здесь?
— Он уехал! Уехал в район. Будет баранов покупать. Племенных. Только Зумруд знает, что я здесь, я попросила её с детьми посидеть, — опустила длинные ресницы красавица Мархабо.
— Ясно.
Тётя Соня, вздохнув, размяла руки, разложила колоду. Потом предложила Мархабо вытащить карту. Та взяла её, точно это была ядовитая змея.
— В общем, кольцо твоё не покидало твоего дома. Ищи, может смахнула его случайно, — сказала, наконец, тётя Соня.
Женщина поспешила домой, и вскоре вернулась, положив перед тётей Соней свежую лепешку и немного овечьего сыра.
— Нашла? — спросила её та.
— Да! Прямо в щель между досками закатилось! — сказала обрадованная Мархабо, — храни Аллах тебя, тётя Соня. Ты очень мне помогла.
Когда она ушла, Соня вздохнула. Есть ей не хотелось, и она накрыв лепешку чистым полотенцем, легла вздремнуть. Запах свежего хлеба напомнил ей молодость. Время, когда она впервые попала сюда и познакомилась с родителями мужа. Они тепло приняли её, а на их с Нурбеком свадьбе гуляло почти двести пятьдесят человек! Такие были времена! И там подавали такие же лепёшки, и сыр...
После того, как у неё побывала Мархабо, прошла неделя. Как-то женщины аула собрались ехать в город. Тётя Соня хотела попросить, чтобы ей привезли кое-что по мелочи с базара. Женщины уже садились в микроавтобус, была там и Мархабо. У неё на скуле был огромный синяк. Увидев тётю Соню, женщина не поздоровалась, а сразу, чуть ли не бегом побежала прочь.
— Чего это с ней? — спросила тётя Соня у соседки Зумруд. Та считалась подругой Мархабо.
— А вы как думаете? — издевательски сказала Зумруд, — всё из-за вас!
Тётя Соня так расстроилась, что забыв, о чём хотела просить отбывающих на базар, пошла домой. В последнее время её угнетало чувство скорой беды. И даже дважды приснился Нурбек. Он грустно смотрел на неё, но не звал с собой.
После того случая тётя Соня зареклась иметь дело с родственниками Файзулло. Но однажды к ней постучался его старший сын, Анзор. Молодой человек был в отчаянии.
— Нет, нет, нет! — даже не выслушав его просьбу, подняла руки тётя Соня, — уходи, Анзор!
— Помогите, прошу! Лучший барашек отца пропал... и двух недель не прошло, как он его на выставке купил! Отец теперь убьет меня! — сбивчиво говорил молодой человек, — помоги, тётя Соня! Как человека прошу!
Начался мелкий дождик. Женщина посмотрела в окно. Небо потемнело, его затянули серые облака, а сердце сдавила знакомая с недавнего времени тоска.
— Боюсь, что тебе барашка не сыскать в такую-то погоду, — сказала она Анзору.
— Я всё равно пойду, мне без него пути домой нет, — в голосе Анзора послышалась решимость, — бросай карты, тётя Соня, покажи где искать.
— Отца боишься, — тётя Соня раскладывала карты на видавшем виды столе, — так Файзулло всё равно будет браниться, если узнает, как ты его нашёл.
— Никого я не боюсь, кроме Аллаха, — насупился Анзор, — очень прошу, уважаемая, давай быстрее, а то совсем темно будет.
— Сейчас, погоди, не торопи! — тётя Соня вытянула руки и положила пальцы на карты. Потом открыла глаза, смешала карты, и разложила вновь. Лицо её хмурилось, как и погода за окном.
— Ну? — нетерпеливо спросил Анзор, — что говорят тебе карты?
— Ничего не говорят, — женщина собрала карты в кучу, — не вижу, где твой барашек!
— Э-ээ, тётя Соня! Так не бывает! — усомнился Анзор, — всегда видела, а тут вдруг нет? Говори, как есть! Что, сорвался? Или ещё какая беда?
— Не вижу, — упрямо повторила она, — отстань, Анзор. И забери свой гостинец.
— Тётя Соня! Отец меня убьёт! Ну, пожалуйста, — начал умолять её молодой человек, — я тебе дров принесу, сделаю, что попросишь.
— Пристал, как банный лист! — огрызнулась тётя Соня, — Не вижу я твоего барашка, понял?
— Ладно, — склонил голову Анзор,— придётся самому искать... Э-эээх! —он встал и направился к двери.
— Не ходи, парень, — снова сказала тётя Соня, — не надо! Будет буря, и если с тобой что случится, твоя мать не переживёт! Пожалей Мархабо!
— Значит, ты видела? Видела, где барашек? — повернулся от двери Анзор.
— Нет, же! Я видела нечто другое, но, если скажу тебе, мой дар пропадёт, понимаешь? У моей бабушки так он пропал. Чем я буду жить? Прости, но я не могу тебе сказать ничего. Но могу попросить не ходить сегодня в горы. Не ходи, Анзор!
Молодой человек, повесив голову, вышел за дверь.
Она догнала его у перевала. От быстрого бега седые волосы её растрепались, она тяжело дышала.
— Не ходи, не вернёшься! — сказала она, задыхаясь.
— Ты это видела, тётя Соня? — спросил он.
Ветер неистовствовал в зарослях, где-то совсем рядом громыхнуло.
— Давай скорее вернёмся дом, — взмолилась она, — не то твой отец увидит, тогда беды не миновать!
— Только если скажешь мне, что видела! — молодой человек пошёл за тётей Соней.
Не успели они войти в хижину, как начался сильный дождь.
Тётя Соня села за стол и раскинула карты. Анзор стоял возле неё и ждал.
— Смерть бродит рядом, — сказала тётя Соня, нахмурившись, — лучше переждать. Нельзя идти туда сейчас.
— Но, ведь я могу пойти после того, как стихнет буря! — сказал Анзор.
В этот момент сверкнула молния, и на стене возникла тень человека с ружьём. Он стоял у окна, но остался незамеченным.
— Смерть рядом, — сказала тётя Соня, а уж если она пришла, то не уйдёт без добычи! Пусть лучше пропадёт барашек!
Её слова утонули в раскатах грома. Ни она, ни Анзор не слышали, как открылась дверь.
— Я предупреждал тебя! — сказал на своём языке Файзулло, вскидывая ружьё, — Анзор! Отойди от нечистой!
Струи воды стекали с его одежды, и бороды. Глаза метали молнии.
— Файзулло! — спокойно сказала тётя Соня, — радуйся, Файзулло, — у меня нет больше дара! Я ничего не вижу, потому что нарушила условие.
— Джинны вложили в твои уста лживые речи, — нехорошо улыбнулся мужчина и прицелился тёте Соне в грудь, — я бы сказал тебе молиться, но ты же не веришь во Всевышнего!
— Отец прошу тебя! — подал голос Анзор, — я сам виноват и готов подставить спину под твою плеть!
— Молчи, с тобой я потом потолкую! — сверкнул глазами Файзулло и палец его лёг на спусковой крючок.
Грохнул выстрел.
В этот момент Анзор прыгнул и сбив с ног тётю Соню, схватил телом пулю, которая летела ей прямо в сердце.
Он упал на спину.
Бросив ружьё, к нему бросился отец, но едва взглянув на расползающееся на рубахе пятно, потемнел лицом. Понял, что шансов нет.
Тётя Соня, встав на четвереньки тоже подползла к умирающему парню.
— Ты права была… апа.. она… не уйдёт без добычи… — улыбаясь, сказал ей Анзор.
— Я про того барашка говорила! Сейчас я помогу тебе, — сказала она, но губы её тряслись, она сама не верила в это. — Зачем ты это сделал, мальчик? Такой молодой!
Она гладила его холодеющую руку и плакала.
Файзулло сидел на коленях и закрыв глаза, молился. После чего встал, поднял ружьё и даже не взглянув на сына и тётю Соню, вышел.
Через несколько минут Соня услышала нарастающий плач, в дом влетела заплаканная Мархабо, мать Анзора.
Она бросилась к сыну, обняла его и успела поймать его последний вздох.
— Всё из-за тебя! — подняв искажённое ненавистью лицо, сказала Мархабо, — если бы не ты!
Тётя Соня ничего не ответила ей. Она чувствовала жуткую усталость. Подошла к столу, где остались разложенные ей карты, собрала их, и бросила колоду в почти погасший очаг. Карты вспыхнули, осветив на несколько мгновений её лицо, не выражающее никаких эмоций.
Женщина вышла из своей хижины навстречу людям, которые узнав о чудовищном происшествии спешили со всех концов селения к её дому.
Дождь кончился, гроза уходила на восток.
Соня шла по дороге, а за нею, молча следовали односельчане — многие из которых помнили её с детства.
Женщина привела их на место, где находился вымокший барашек. Он свалился в яму. Был жив и жалобно блеял.
— Это последний, которого я нашла, — сказала тётя Соня, обращаясь к людям, — теперь всё. Мой дар ушёл. И я ухожу.
— Куда ты пойдёшь, на ночь глядя? Не дури! — слышались возгласы, — пропадёшь!
— Значит так тому и быть! — равнодушно махнула она рукой, проходя мимо людей.
Но тут кто-то схватил её за рукав.
Это был Жаныбек. Он знал Соню с тех самых времен, как она появилась в этих местах. И дружил с её мужем. Ей всегда казалось, что Жаныбек недолюбливает её, избегает.
Он отвёл её в сторонку и сказал тихо, но внятно:
— Все мы знаем, кому предназначалась пуля Файзулло. Если уйдешь, пропадёшь. И получится, что парень погиб зря. А ведь он хотел, чтобы ты жила. Не предавай его память!
— Я не вижу смысла в этой жертве, Жаныбек, — грустно улыбнулась она, — Зачем мне жить? Все, кто меня любил, умерли. Я никому не нужна. Если останусь, то рано или поздно, пуля Файзулло найдёт меня.
— Так я о чём, — смутился Жаныбек и добавил: — я давно думал сказать тебе, Соня... Если хочешь, можешь стать хозяйкой в моём доме.
— Как это? Ты что предлагаешь мне стать твоей женой, а Жаныбек?
— Я один, ты одна, — улыбнулся он, — ты не смотри, я хоть и не молод, но стреляю хорошо, если что, не промахнусь. Буду тебя защищать от Файзулло!
— Спасибо, Жаныбек! — расчувствовалась Соня, — я подумаю.
Похоронив сына, Файзулло с семьёй ушёл на юг страны. Но Соня всё равно приняла предложение Жаныбека, который, оказывается, всегда питал к ней тёплое чувство. Ведь на двоих радость вдвое больше, а горе вдвое меньше.
Тётя Соня, посещая мужа, его родителей и своего маленького сына, всегда навещает и Анзора, и подолгу разговаривает с ним. Она никак не может понять, почему молодой человек так поступил.
Лютик
Из сети интернет
![🌐](http://world76.spcs.bio/i/em/1F310.png?1)
Канал: Полусказки бывшей ведьмы
![]() | ![]() | ![]() | ![]() |
Для добавления комментариев необходимо авторизоваться