21 июн в 11:23
Behemot787
:
![(OFF)](https://world76.spcs.bio/i/head/modsoo_man_off.png?3)
![(G)](https://world76.spcs.bio/i/colored/medal_gold.png)
О ДРЕВНЕРУССКОМ СРЕДНЕВЕКОВОМ ПАТРИОТИЗМЕ
О древнерусском средневековом патриотизме.
Оценочные суждения людей о действия тех или иных исторических персонажей Средневековья базируются как правило на оценках и смыслах сегодняшнего дня, особенно это касается таких понятий как государство и патриотизм. Так Александр Невский стал предателем и коллаборантом, а Андрей Курбский диссидентом, или наоборот, первый-горячий патриот России, а второй-гнусный предатель. Очень часто понятие патриотизма связано с понятием государство и идут в тесной связи друг с другом, но сами смыслы этих понятий менялись и эволюционировали со временем.
Русская земля.
Михаил Кром в цикле лекций «Генеалогия русского патриотизма» утверждает, что идея патриотизма в том виде в котором мы ее принимаем и которая выражена словами Н.М Карамзина: «Патриотизм есть любовь ко благу и славе Отечества и желание способствовать им во всех отношениях», берет свое начало с образованием Русского государства. В целом, с общей идеей эволюции понятия патриотизм можно согласится, но вопросы остаются. Так, автор утверждает, что этого понятия на Руси не было и «в этом заключается важное отличие того патриотического сознания от нынешнего: в Древней Руси преданность родной земле никак не была связана с государством, с его политическими институтами.». Вероятно, что М.М.Кром исходит из версии того, что Древнерусского государства как политического образования не было и соответственно патриотического сознания у населения так же не было.
Сама интерпретация понятия Русская земля в «широком смысле» вызывает разные толкования. М.М.Кром и И.Н.Данилевский связывают их с религиозным и конфессиональным смыслом. И.Н.Данилевский отмечает: «Из этого для нас следует очень важный вывод: по всей вероятности, самосознание жителей Древней Руси (точнее, элитарное самосознание) не имело собственно этнического или политического характера. Скорее его можно отнести к этно-конфессиональным представлениям. Видимо, об этом не стоит забывать, когда речь заходит о древнерусском патриотизме и о любви к «Русьской земле».
На тезисы Данилевского об отсутствие политической составляющей Древнерусского государства, П.П.Толочко отвечает: «Считается, что майский жук согласно законам аэродинамики не должен летать. Он этих законов не знает и спокойно себе летает. Нечто похожее получается у нас и с Древнерусским государством. Не подозревая, что ученые потомки поставят факт его существования под сомнение, оно жило своей естественной жизнью. Административно и экономически обустраивало огромное восточнославянское пространство - от новгородского севера до киевского юга, от Карпат до Волго-Окского междуречья. Распространяло на всю эту территорию политическую власть единого княжеского рода и единое законодательство»
Безусловно православие являлось тем цементом который скреплял древнерусскую народность и государство, и служило своеобразным маркером в понятиях «свой-чужой», но отдавать только религиозной составляющей приоритет не стоит. В «Слово о погибели русской земли» автор четко очерчивает границы Киевского государства, то есть земель которые не только были православными, но и находились в политической власти Рюриковичей. Автор «Слова...» не включает в состав Русской земли Византию, Грузию и Сербию, которые так же были православными.
Плано Карпини, папский посол в ставке монгольского хана, называет Даниила Галицкого королем Руси, и «Ярослав, бывший великим князем в некоей части Руссии, которая называется Суздаль», то есть и здесь Русь не только конфессиональное образование, ни и политическое, что соответствует средневековой иерархи власти.
Самое интересное то, что для автора «Повести временных лет» (ПВЛ), а он жил и творил в XII в., понятие Русская земля не являлась какой-то абстракцией, а вполне реальной сущностью, наполненной определенным содержанием, имеющим отношение к ее защите, обустройству, взаимоотношениям между князьями и не всегда это имело религиозный контекст. Например, фразы о защите земли Русской: «И сказали им мужи разумные: «Зачем вы ссоритесь между собою? А поганые губят землю Русскую. После уладитесь, а сейчас отправляйтесь навстречу им — либо с миром, либо с войною». Или цитата о нашествие саранчи не имеющая отношения к политическим или династическим реалиям, но охватывающая все пространство Русской земли: «В тот же год пришла саранча на Русскую землю, месяца августа в 26-й день, и поела всякую траву и много жита. И не слыхано было такого в земле Русской с первых ее дней, что увидели очи наши, за грехи наши»
Политическая целостность Руси нашла свое отражение и в юридических актах. Ливонская грамота Новгороду: «А будет какое зло русским от нашей земли, то пошлют они туда, где зло случилось, своих послов, которые дело уладят полюбовно или по суду; а если тот, кто причинил зло, не захочет его возместить, то, что бы с ним дальше поэтому ни случилось, из-за этого мира не нарушать»
То, что существовали «общерусские интересы» находит свое подтверждение не только в летописях, но и в художественной литературе («Слово о полку Игореве», «Слово о погибели русской земли» и пр.) и юридических документах, но вот в каком приоритет стояли местные интересы над общими и что было первично, удельный патриотизм или общерусский, это вопрос.
«Удельный» патриотизм.
По мнению М.М. Крома, первым патриотом «местного масштаба» был Михаил Тверской. Основанием для такого утверждения служит фраза из «Жития Михаила Тверского» где сказано: «Если я куда-нибудь уклонюсь, а отчина моя вся в полоне перебита будет, — ведь мне же умирать после этого; так лучше мне ныне положить душу свою за многие души». Сочетание слова «отчина» и жертвенность тверского князя послужило аргументом для этого мнения. Но «отчина» встречается и в словах князей на Любеческом съезде, о чем и сам исследователь упоминает: ««Зачем губим Русскую землю, сами между собой устраивая распри? А половцы землю нашу несут розно и рады, что между нами до сих пор идут войны. Да отныне объединимся чистосердечно и будем блюсти Русскую землю, и пусть каждый владеет отчиной своей» Самое интересное что в этой фразе, положивший начало удельной раздробленности, так же сочетаются местные и общерусские интересы.
О таком сочетании и переплетении местных и общих интересов есть интересное высказывание А.П.Моця: «Казалось бы упоминания на стра-ницах древнерусских летописей "суздальцев", "ростовцов", "новгород-цев", "смолян", "рязанцев", "черниговцев" и т. д. позволяют говорить о полной эфемерности сущеетвования общевосточноевропейской (а точнее восточнославянской) общности и замене ее самосознанием на уровне земли-княжества. Конечно, этнокультурные связи в каждом конкретном микрорегионе усиливались по горизонтали и вертикали. Но, по нашему мнению, и во времена раздробленности на Руси народность продолжала существовать на определенных уровнях общественного сознания. Это было связано с особенностями социально-экономических отношений на Руси, и в первую очередь они заключались в борьбе центробежных и центростремительных тенденций, а также в специфике феодального держания на протяжении всего древнерусского периода»
Есть интересное упоминание новгородского летописца на смерть Александра Невского: «иже потрудися за Новъгородъ и за всю Русьскую землю». Здесь наблюдается и жертвенность «иже потрудися» и сочетание общерусских интересов с местным, и приоритет местного над общим «за Новъгородъ и за всю Русьскую землю».
Для мировоззрения человека Средневековья местное, удельное, городское всегда была выше общественных интересов, поэтому и встречаются на страницах летописи «новгородцы», «суздальцы» и другие. По этому поводу очень хорошо сказал французский историк Жак Ле Гоф, описывая средневековый город: «Через ворота проходили люди, скот, ввозили продовольствие; они воплощали диалектику «внутри — снаружи», которая была существенной для христианского Средневековья и оставила глубокий след во всей Европе. Внутреннее — в территориальном, социальном и духовном отношении — пространство было привилегированным по отношению к пространству внешнему».
То, что князья и жители подвластных им земель были «удельными» патриотами и ставили интересы своих отчин выше интересов Русской земли вполне соответствовали реалиям того времени не только на Руси, но и в других странах. Обвинять герцога Бургундского в том, что он воевал на стороне Англии и в отсутствии у него французского патриотизма не имеет смысла, так же, как и называть Невского и Калиту коллобрантами, все это отвечало времени в котором они жили.
Со временем «отчина» Московских князей как патриотическое мировосприятие расширилась до понятия Отечество, которое сформулировалось в XVIIIв. и практически существует и по сей день, но основы этого понимания были заложены в период становления Древнерусского государства
Оценочные суждения людей о действия тех или иных исторических персонажей Средневековья базируются как правило на оценках и смыслах сегодняшнего дня, особенно это касается таких понятий как государство и патриотизм. Так Александр Невский стал предателем и коллаборантом, а Андрей Курбский диссидентом, или наоборот, первый-горячий патриот России, а второй-гнусный предатель. Очень часто понятие патриотизма связано с понятием государство и идут в тесной связи друг с другом, но сами смыслы этих понятий менялись и эволюционировали со временем.
Русская земля.
Михаил Кром в цикле лекций «Генеалогия русского патриотизма» утверждает, что идея патриотизма в том виде в котором мы ее принимаем и которая выражена словами Н.М Карамзина: «Патриотизм есть любовь ко благу и славе Отечества и желание способствовать им во всех отношениях», берет свое начало с образованием Русского государства. В целом, с общей идеей эволюции понятия патриотизм можно согласится, но вопросы остаются. Так, автор утверждает, что этого понятия на Руси не было и «в этом заключается важное отличие того патриотического сознания от нынешнего: в Древней Руси преданность родной земле никак не была связана с государством, с его политическими институтами.». Вероятно, что М.М.Кром исходит из версии того, что Древнерусского государства как политического образования не было и соответственно патриотического сознания у населения так же не было.
Сама интерпретация понятия Русская земля в «широком смысле» вызывает разные толкования. М.М.Кром и И.Н.Данилевский связывают их с религиозным и конфессиональным смыслом. И.Н.Данилевский отмечает: «Из этого для нас следует очень важный вывод: по всей вероятности, самосознание жителей Древней Руси (точнее, элитарное самосознание) не имело собственно этнического или политического характера. Скорее его можно отнести к этно-конфессиональным представлениям. Видимо, об этом не стоит забывать, когда речь заходит о древнерусском патриотизме и о любви к «Русьской земле».
На тезисы Данилевского об отсутствие политической составляющей Древнерусского государства, П.П.Толочко отвечает: «Считается, что майский жук согласно законам аэродинамики не должен летать. Он этих законов не знает и спокойно себе летает. Нечто похожее получается у нас и с Древнерусским государством. Не подозревая, что ученые потомки поставят факт его существования под сомнение, оно жило своей естественной жизнью. Административно и экономически обустраивало огромное восточнославянское пространство - от новгородского севера до киевского юга, от Карпат до Волго-Окского междуречья. Распространяло на всю эту территорию политическую власть единого княжеского рода и единое законодательство»
Безусловно православие являлось тем цементом который скреплял древнерусскую народность и государство, и служило своеобразным маркером в понятиях «свой-чужой», но отдавать только религиозной составляющей приоритет не стоит. В «Слово о погибели русской земли» автор четко очерчивает границы Киевского государства, то есть земель которые не только были православными, но и находились в политической власти Рюриковичей. Автор «Слова...» не включает в состав Русской земли Византию, Грузию и Сербию, которые так же были православными.
Плано Карпини, папский посол в ставке монгольского хана, называет Даниила Галицкого королем Руси, и «Ярослав, бывший великим князем в некоей части Руссии, которая называется Суздаль», то есть и здесь Русь не только конфессиональное образование, ни и политическое, что соответствует средневековой иерархи власти.
Самое интересное то, что для автора «Повести временных лет» (ПВЛ), а он жил и творил в XII в., понятие Русская земля не являлась какой-то абстракцией, а вполне реальной сущностью, наполненной определенным содержанием, имеющим отношение к ее защите, обустройству, взаимоотношениям между князьями и не всегда это имело религиозный контекст. Например, фразы о защите земли Русской: «И сказали им мужи разумные: «Зачем вы ссоритесь между собою? А поганые губят землю Русскую. После уладитесь, а сейчас отправляйтесь навстречу им — либо с миром, либо с войною». Или цитата о нашествие саранчи не имеющая отношения к политическим или династическим реалиям, но охватывающая все пространство Русской земли: «В тот же год пришла саранча на Русскую землю, месяца августа в 26-й день, и поела всякую траву и много жита. И не слыхано было такого в земле Русской с первых ее дней, что увидели очи наши, за грехи наши»
Политическая целостность Руси нашла свое отражение и в юридических актах. Ливонская грамота Новгороду: «А будет какое зло русским от нашей земли, то пошлют они туда, где зло случилось, своих послов, которые дело уладят полюбовно или по суду; а если тот, кто причинил зло, не захочет его возместить, то, что бы с ним дальше поэтому ни случилось, из-за этого мира не нарушать»
То, что существовали «общерусские интересы» находит свое подтверждение не только в летописях, но и в художественной литературе («Слово о полку Игореве», «Слово о погибели русской земли» и пр.) и юридических документах, но вот в каком приоритет стояли местные интересы над общими и что было первично, удельный патриотизм или общерусский, это вопрос.
«Удельный» патриотизм.
По мнению М.М. Крома, первым патриотом «местного масштаба» был Михаил Тверской. Основанием для такого утверждения служит фраза из «Жития Михаила Тверского» где сказано: «Если я куда-нибудь уклонюсь, а отчина моя вся в полоне перебита будет, — ведь мне же умирать после этого; так лучше мне ныне положить душу свою за многие души». Сочетание слова «отчина» и жертвенность тверского князя послужило аргументом для этого мнения. Но «отчина» встречается и в словах князей на Любеческом съезде, о чем и сам исследователь упоминает: ««Зачем губим Русскую землю, сами между собой устраивая распри? А половцы землю нашу несут розно и рады, что между нами до сих пор идут войны. Да отныне объединимся чистосердечно и будем блюсти Русскую землю, и пусть каждый владеет отчиной своей» Самое интересное что в этой фразе, положивший начало удельной раздробленности, так же сочетаются местные и общерусские интересы.
О таком сочетании и переплетении местных и общих интересов есть интересное высказывание А.П.Моця: «Казалось бы упоминания на стра-ницах древнерусских летописей "суздальцев", "ростовцов", "новгород-цев", "смолян", "рязанцев", "черниговцев" и т. д. позволяют говорить о полной эфемерности сущеетвования общевосточноевропейской (а точнее восточнославянской) общности и замене ее самосознанием на уровне земли-княжества. Конечно, этнокультурные связи в каждом конкретном микрорегионе усиливались по горизонтали и вертикали. Но, по нашему мнению, и во времена раздробленности на Руси народность продолжала существовать на определенных уровнях общественного сознания. Это было связано с особенностями социально-экономических отношений на Руси, и в первую очередь они заключались в борьбе центробежных и центростремительных тенденций, а также в специфике феодального держания на протяжении всего древнерусского периода»
Есть интересное упоминание новгородского летописца на смерть Александра Невского: «иже потрудися за Новъгородъ и за всю Русьскую землю». Здесь наблюдается и жертвенность «иже потрудися» и сочетание общерусских интересов с местным, и приоритет местного над общим «за Новъгородъ и за всю Русьскую землю».
Для мировоззрения человека Средневековья местное, удельное, городское всегда была выше общественных интересов, поэтому и встречаются на страницах летописи «новгородцы», «суздальцы» и другие. По этому поводу очень хорошо сказал французский историк Жак Ле Гоф, описывая средневековый город: «Через ворота проходили люди, скот, ввозили продовольствие; они воплощали диалектику «внутри — снаружи», которая была существенной для христианского Средневековья и оставила глубокий след во всей Европе. Внутреннее — в территориальном, социальном и духовном отношении — пространство было привилегированным по отношению к пространству внешнему».
То, что князья и жители подвластных им земель были «удельными» патриотами и ставили интересы своих отчин выше интересов Русской земли вполне соответствовали реалиям того времени не только на Руси, но и в других странах. Обвинять герцога Бургундского в том, что он воевал на стороне Англии и в отсутствии у него французского патриотизма не имеет смысла, так же, как и называть Невского и Калиту коллобрантами, все это отвечало времени в котором они жили.
Со временем «отчина» Московских князей как патриотическое мировосприятие расширилась до понятия Отечество, которое сформулировалось в XVIIIв. и практически существует и по сей день, но основы этого понимания были заложены в период становления Древнерусского государства
Канал: История России
![]() | ![]() | ![]() | ![]() |
Комментарии (1)
Как я и говорил всегда- русский- это православный, живший в княжествах, управляемых Рюриковичами. Правильно тут- греки и грузины тоже православные, но и не славяне. И болгары- православные, славяне, но не в княжествах Рюриковичей. И пример Галиции тут интересен. Перейдя под власть католиков поляков и литовцев, но оставаясь в Православии- они оставались и русскими. Русское королевство, русское воеводство. А вот уже после принятия брестской унии, и окатоличивания русских- и началось зарождение украинцев.
Для добавления комментариев необходимо авторизоваться