4 июл в 02:33
Sliko700
:
![(OFF)](https://world76.spcs.bio/i/head/executor_off.png?3)
![(P)](https://world76.spcs.bio/i/colored/medal_platina.png)
ЧТО ЗАСТАВИЛО МНОГОДЕТНОГО ФРАНЦУЗА УЕХАТЬ ИЗ ЕВРОПЫ В РОССИЮ
На фоне происходящих в последние годы событий в мире множество россиян решили сменить место жительства и переехали за границу. И тем более удивительной кажется история француза Фабриса Сорлина, который девять лет назад переехал из французского Бордо в деревню в 30 километрах от Москвы. Вместе с ним в Россию приехала и его семья, жена и шестеро на тот момент детей.
Уже здесь семья пополнилась, и теперь у Фабриса и его жены 9 детей, и единственное, к чему они так и не смогли привыкнуть после Франции, так это к зимним морозам.
Непопулярные взгляды
Фабрис Сорлин родился в семье участника Народного фронта, поэтому сам с детства интересовался политикой. Он читал историческую литературу, особенный интерес вызывала у него Вандейская война (гражданская война между сторонниками и противниками революции на западе Франции) и книги про героев, защищавших Бога и страну. Фабрис учился в католическом пансионе, где всё было подчинено традиционным правилам, существовавшим ещё до реформы, принятой в 60-е годы прошлого века.
Родители Фабриса ходили в церковь дважды в год, а он принял католическую веру, скорее, сердцем, как и его жена Изабель. Супруги называют себя католиками-традиционалистами, именно отсюда, наверное, и берут начало причины переезда семьи в Россию. Во Франции приверженцев традиционной католической веры называют раскольниками. Они, хоть и признают власть Папы Римского, не согласны со многим из того, что происходит сегодня в католической церкви, особенно в области всякого рода послаблений представителям ЛГБТ.
Во Франции Фабрис Сорлин был активистом, в 2004 году он участвовал в митингах против первого однополого брака во Франции. Тогда в стране они ещё не были узаконены, однако мэр одного из небольших городов поженил двух мужчин. Суд отменил бракосочетание, однако позже их всё же разрешили на законодательном уровне. А Фабрис в одно мгновение превратился во врага прогрессивных представителей общества.
Он продолжал и дальше свою деятельность, однако ему было всё труднее. Фабрис Сорлин тогда уже был женат, у них с Изабель подрастали трое детей. В адрес католика-традиционалиста стали сыпаться угрозы, причём обещали расправиться не только с ним, но и с его семьёй. Позже он потерял работу из-за своей позиции, семья лишилась жилья и оказалась в очень сложном положении. К тому же его даже вызывали в полицию из-за того, что в организованное им движение проник представитель телепрограммы «Лазутчики» и деятельность борцов за традиционные ценности была преподнесена как подготовка к гражданской войне.
Следствие продлилось 9 месяцев и закончилось полным оправданием Фабриса. Однако угрозы в его адрес сыпались всё активнее, и в какой-то момент он понял, что с этим надо что-то делать, потому что в опасности оказались те, ради кого он вступил в эту неравную борьбу, его дети. А однажды он познакомился с Владимиром Жириновским, отдыхавшим во Франции. Политик пригласил активного француза в гости в Москву, заявив, что ему понравились взгляды Фабриса Сорлина.
Важное решение
Когда супруги впервые попали в Москву, посетили Государственную Думу, они были очень впечатлены. Фабрис открыл тогда ассоциацию франко-российской дружбы «Альянс Франция-Европа-Россия». И его удивило отношение россиян к нему. Во Франции его ругали за традиционные взгляды, а в России за это же ценили. Кажется, именно тогда и возникла у французского активиста и его жены мысль о том, что Россия для их жизни была бы гораздо комфортнее.
Но они продолжали жить во Франции, им хотелось изменить собственную страну. Супруги стали часто бывать в России, у них появились в нашей стране друзья, а дома становилось всё опаснее. И однажды они приехали на свадьбу друга в Москву и заодно решили посмотреть дом, который они могли бы взять в аренду для их большой семьи. И в декабре 2015 года, предварительно распродав всё имущество, собрав только самые необходимые вещи себе и детям, семья Сорлин в полном составе отправилась в аэропорт. На 8 человек у них было 8 чемоданов весом 23 килограмма каждый. У Фабриса на тот момент уже была работа консультантом в российской компании, правда, арендованный дом ещё предстояло долго обустраивать. Но самое главное, они могли быть в России в безопасности, потому что здесь подавляющее большинство придерживается традиционных ценностей. Но сложностей у них впереди было немало.
Трудности ассимиляции
Они поселились в сельской местности в 30 километрах от Москвы, и это было настоящее приключение. Люди здесь не говорили ни по-французски, ни по-английски, а Фабрис, его жена и дети знали на русском только «да», «нет» и «спасибо». Но при этом супруги, смеясь, говорят о том, что смогли понять и принять русскую душу гораздо быстрее тех французов, что давно уже живут в Москве. Однако языковой барьер в первое время им, конечно, очень мешал. Когда они перебрались в Россию, в месте, где они жили, ещё почти не было магазинов, где можно было бы купить привычные продукты.
Ситуация осложнялась ещё и тем, что прочесть состав на упаковках они тоже не могли. Даже элементарная покупка хлеба вызывала сложности, и элементарное приготовление обеда для детей вызвало массу трудностей. Когда нужно было вызвать такси, отремонтировать автомобиль или решить проблему с сантехникой, тоже возникали сложности. Французу пришлось платить в несколько раз больше за устранение неполадок, потому что он многого не знал и не понимал. А жене, когда она рожала их седьмого ребёнка, пришлось пользоваться Google Translate, потому что иначе она просто не понимала врача.
Изабель и Фабрис, сравнивая уровень медицинского обслуживания во Франции и России, отдают предпочтение российской системе здравоохранения. Здесь проще и гораздо быстрее можно попасть на приём к узкому специалисту, не приходится ждать своей очереди в течение нескольких месяцев. И врачи относятся к пациентам с большим вниманием, хотя бы потому, что на приём каждого у них выделено больше времени.
Старшие дети Фабриса и Изабель пошли в школу, тоже не зная русского языка. Родители хотели, чтобы они были погружены в русскую среду, но в какой-то момент они засомневались в правильности такого решения, ведь в течение трёх месяцев вообще ничего не происходило, дети всё также не понимали почти ничего из того, что им говорили в школе. А потом Фабрис вёз дочь в школу и вдруг услышал, как она читает стихи на русском языке. Это было потрясающе, потому что она заговорила сразу и даже без акцента. Теперь все дети (а их в семье уже девять) свободно говорят на двух языках, русском и французском. Они все посещают кружки и секции, спортивные и творческие, занимаются плаванием, футболом, гимнастикой, танцами, декоративно-прикладным искусством.
Русско-французские патриоты
За те девять лет, что семья живёт в России, по словам Изабель и Фабриса, очень многое изменилось. Всё развивается стремительными темпами. Даже в их районе появилось множество современных магазинов, построены новые дороги, мосты над железнодорожными путями, появились тротуары и светофоры. А ещё на фоне постоянных разговоров во Франции об опасности жизни в России, они заявляют, что в Москве гораздо спокойнее, чем в некоторых районах Парижа.
Супруги были удивлены, увидев почти в полночь двух девушек, гуляющих по столице. При этом никто за ними не следил, и они чувствовали себя явно комфортно и ничего не боялись. Единственное, к чему Фабрис и Изабель так и не смогли привыкнуть, так это к погоде. Морозы и снежные сугробы величиной с человеческий рост до сих пор им не нравятся. Зато от снега в полном восторге их дети.
Весной этого года в семье произошло эпохальное событие: Фабрис Сорлин, его жена Изабель и их дети получили российское гражданство. Праздновала семья это несколько раз, и дома, и с друзьями. Кстати, от французского гражданства они тоже не отказались, считают себя патриотами обеих стран. Они чувствуют себя очень комфортно и точно знают, что правильно выбрали свой путь. Фабрис часто ездит с гуманитарными миссиями на Донбасс. Вместе с друзьями он собирает лекарства, игрушки, продукты, оборудование для больниц и всё это лично везёт в Донецк, Луганск и другие города региона, страдающего от боевых действий.
На родине в адрес Фабриса Сорлина часто звучат обвинения в том, что он якобы продался Путину, русские его купили, а во Франции он не мог бы так хорошо жить, как в России. А самого француза такие высказывания только смешат. Он работает с утра до вечера, чтобы обеспечить свою семью, открыл фирму по импорту-экспорту продуктов. Но при этом у него до сих пор нет своего жилья в России, он всё также арендует дом и не знает, где окажется завтра, потому что жильё, которое они занимают, уже выставлено на продажу, а сдавать дом семье с девятью детьми никто не хочет. Но он уверен, что всё у них будет хорошо.
Уже здесь семья пополнилась, и теперь у Фабриса и его жены 9 детей, и единственное, к чему они так и не смогли привыкнуть после Франции, так это к зимним морозам.
Непопулярные взгляды
Фабрис Сорлин родился в семье участника Народного фронта, поэтому сам с детства интересовался политикой. Он читал историческую литературу, особенный интерес вызывала у него Вандейская война (гражданская война между сторонниками и противниками революции на западе Франции) и книги про героев, защищавших Бога и страну. Фабрис учился в католическом пансионе, где всё было подчинено традиционным правилам, существовавшим ещё до реформы, принятой в 60-е годы прошлого века.
Родители Фабриса ходили в церковь дважды в год, а он принял католическую веру, скорее, сердцем, как и его жена Изабель. Супруги называют себя католиками-традиционалистами, именно отсюда, наверное, и берут начало причины переезда семьи в Россию. Во Франции приверженцев традиционной католической веры называют раскольниками. Они, хоть и признают власть Папы Римского, не согласны со многим из того, что происходит сегодня в католической церкви, особенно в области всякого рода послаблений представителям ЛГБТ.
Во Франции Фабрис Сорлин был активистом, в 2004 году он участвовал в митингах против первого однополого брака во Франции. Тогда в стране они ещё не были узаконены, однако мэр одного из небольших городов поженил двух мужчин. Суд отменил бракосочетание, однако позже их всё же разрешили на законодательном уровне. А Фабрис в одно мгновение превратился во врага прогрессивных представителей общества.
Он продолжал и дальше свою деятельность, однако ему было всё труднее. Фабрис Сорлин тогда уже был женат, у них с Изабель подрастали трое детей. В адрес католика-традиционалиста стали сыпаться угрозы, причём обещали расправиться не только с ним, но и с его семьёй. Позже он потерял работу из-за своей позиции, семья лишилась жилья и оказалась в очень сложном положении. К тому же его даже вызывали в полицию из-за того, что в организованное им движение проник представитель телепрограммы «Лазутчики» и деятельность борцов за традиционные ценности была преподнесена как подготовка к гражданской войне.
Следствие продлилось 9 месяцев и закончилось полным оправданием Фабриса. Однако угрозы в его адрес сыпались всё активнее, и в какой-то момент он понял, что с этим надо что-то делать, потому что в опасности оказались те, ради кого он вступил в эту неравную борьбу, его дети. А однажды он познакомился с Владимиром Жириновским, отдыхавшим во Франции. Политик пригласил активного француза в гости в Москву, заявив, что ему понравились взгляды Фабриса Сорлина.
Важное решение
Когда супруги впервые попали в Москву, посетили Государственную Думу, они были очень впечатлены. Фабрис открыл тогда ассоциацию франко-российской дружбы «Альянс Франция-Европа-Россия». И его удивило отношение россиян к нему. Во Франции его ругали за традиционные взгляды, а в России за это же ценили. Кажется, именно тогда и возникла у французского активиста и его жены мысль о том, что Россия для их жизни была бы гораздо комфортнее.
Но они продолжали жить во Франции, им хотелось изменить собственную страну. Супруги стали часто бывать в России, у них появились в нашей стране друзья, а дома становилось всё опаснее. И однажды они приехали на свадьбу друга в Москву и заодно решили посмотреть дом, который они могли бы взять в аренду для их большой семьи. И в декабре 2015 года, предварительно распродав всё имущество, собрав только самые необходимые вещи себе и детям, семья Сорлин в полном составе отправилась в аэропорт. На 8 человек у них было 8 чемоданов весом 23 килограмма каждый. У Фабриса на тот момент уже была работа консультантом в российской компании, правда, арендованный дом ещё предстояло долго обустраивать. Но самое главное, они могли быть в России в безопасности, потому что здесь подавляющее большинство придерживается традиционных ценностей. Но сложностей у них впереди было немало.
Трудности ассимиляции
Они поселились в сельской местности в 30 километрах от Москвы, и это было настоящее приключение. Люди здесь не говорили ни по-французски, ни по-английски, а Фабрис, его жена и дети знали на русском только «да», «нет» и «спасибо». Но при этом супруги, смеясь, говорят о том, что смогли понять и принять русскую душу гораздо быстрее тех французов, что давно уже живут в Москве. Однако языковой барьер в первое время им, конечно, очень мешал. Когда они перебрались в Россию, в месте, где они жили, ещё почти не было магазинов, где можно было бы купить привычные продукты.
Ситуация осложнялась ещё и тем, что прочесть состав на упаковках они тоже не могли. Даже элементарная покупка хлеба вызывала сложности, и элементарное приготовление обеда для детей вызвало массу трудностей. Когда нужно было вызвать такси, отремонтировать автомобиль или решить проблему с сантехникой, тоже возникали сложности. Французу пришлось платить в несколько раз больше за устранение неполадок, потому что он многого не знал и не понимал. А жене, когда она рожала их седьмого ребёнка, пришлось пользоваться Google Translate, потому что иначе она просто не понимала врача.
Изабель и Фабрис, сравнивая уровень медицинского обслуживания во Франции и России, отдают предпочтение российской системе здравоохранения. Здесь проще и гораздо быстрее можно попасть на приём к узкому специалисту, не приходится ждать своей очереди в течение нескольких месяцев. И врачи относятся к пациентам с большим вниманием, хотя бы потому, что на приём каждого у них выделено больше времени.
Старшие дети Фабриса и Изабель пошли в школу, тоже не зная русского языка. Родители хотели, чтобы они были погружены в русскую среду, но в какой-то момент они засомневались в правильности такого решения, ведь в течение трёх месяцев вообще ничего не происходило, дети всё также не понимали почти ничего из того, что им говорили в школе. А потом Фабрис вёз дочь в школу и вдруг услышал, как она читает стихи на русском языке. Это было потрясающе, потому что она заговорила сразу и даже без акцента. Теперь все дети (а их в семье уже девять) свободно говорят на двух языках, русском и французском. Они все посещают кружки и секции, спортивные и творческие, занимаются плаванием, футболом, гимнастикой, танцами, декоративно-прикладным искусством.
Русско-французские патриоты
За те девять лет, что семья живёт в России, по словам Изабель и Фабриса, очень многое изменилось. Всё развивается стремительными темпами. Даже в их районе появилось множество современных магазинов, построены новые дороги, мосты над железнодорожными путями, появились тротуары и светофоры. А ещё на фоне постоянных разговоров во Франции об опасности жизни в России, они заявляют, что в Москве гораздо спокойнее, чем в некоторых районах Парижа.
Супруги были удивлены, увидев почти в полночь двух девушек, гуляющих по столице. При этом никто за ними не следил, и они чувствовали себя явно комфортно и ничего не боялись. Единственное, к чему Фабрис и Изабель так и не смогли привыкнуть, так это к погоде. Морозы и снежные сугробы величиной с человеческий рост до сих пор им не нравятся. Зато от снега в полном восторге их дети.
Весной этого года в семье произошло эпохальное событие: Фабрис Сорлин, его жена Изабель и их дети получили российское гражданство. Праздновала семья это несколько раз, и дома, и с друзьями. Кстати, от французского гражданства они тоже не отказались, считают себя патриотами обеих стран. Они чувствуют себя очень комфортно и точно знают, что правильно выбрали свой путь. Фабрис часто ездит с гуманитарными миссиями на Донбасс. Вместе с друзьями он собирает лекарства, игрушки, продукты, оборудование для больниц и всё это лично везёт в Донецк, Луганск и другие города региона, страдающего от боевых действий.
На родине в адрес Фабриса Сорлина часто звучат обвинения в том, что он якобы продался Путину, русские его купили, а во Франции он не мог бы так хорошо жить, как в России. А самого француза такие высказывания только смешат. Он работает с утра до вечера, чтобы обеспечить свою семью, открыл фирму по импорту-экспорту продуктов. Но при этом у него до сих пор нет своего жилья в России, он всё также арендует дом и не знает, где окажется завтра, потому что жильё, которое они занимают, уже выставлено на продажу, а сдавать дом семье с девятью детьми никто не хочет. Но он уверен, что всё у них будет хорошо.
Сообщество: POLITICS AND NEWS
Канал: Русский мир
![]() | ![]() | ![]() | ![]() |
Для добавления комментариев необходимо авторизоваться