30 мая в 03:54
Kliiio
![](https://world76.spcs.bio/i/acl/all_grey.png)
![(OFF)](https://world76.spcs.bio/i/head/woman_off.png?3)
![(B)](https://world76.spcs.bio/i/colored/medal_bronze.png)
Бои в Мясном бору, как и под Ржевом, из тех страниц истории Великой Отечественной войны, про которые долгое время вспоминать было не принято. Любанская операция в январе 1942 года силами 4-й, 59-й, 2-й ударной и 52-й армий была задумана как наступательная – для прорыва блокады Ленинграда и окружения там немцев. Но вышло, увы, всё наоборот. После первых успехов наши части весной того же года сами оказались в котле. Воевать в болотистых местах, где дышать нечем, вместо дорог – топи, а кроме врага досаждали ещё комары и мошкара, было адски тяжело. Коридор для выхода из окружения прорубили в районе деревни Мясной Бор. А потом и он захлопнулся. Драматизма добавила измена только что назначенного командующим 2-й ударной армией генерал-лейтенанта Андрея Власова, перешедшего на сторону немцев. На всех его бойцов потом легло клеймо предателей. Хотя они, в отличие от своего командарма, дрались честно до самого конца.
Потери среди наших были колоссальными – поисковики говорят о сотнях тысячах погибших. И это не считая жертв среди мирного населения, которое тоже было приказано выводить из «мешка». Дома сжигали, чтобы немцам не достались. Не зря местность между речушками Полисть и Глушица назвали Долиной смерти. А ещё здесь было очень много пропавших без вести, ведь все документы частей, сражавшихся здесь, вывезти в центр не сумели.
Не случайно именно в этих страшных местах под Новгородом после войны зародилось поисковое движение. И первым следопытом был Николай Орлов. Коренной новгородец, войну он провёл в Куйбышеве, где пацаном работал на авиазаводе, собирал штурмовики Ил-2 для фронта. Вернулся из эвакуации в Мясной Бор в 1946 году, стал путевым обходчиком, как и отец. Приехал и ужаснулся. Сотни бойцов лежали тут незахороненными. Забытые герои войны. В торфянике их останки сохранялись хорошо. В лес ходить было страшно, кругом мины: на них подорвались два брата Орлова, сам он был ранен.
Как-то Николай нашёл солдатский медальон, отправил его родственникам погибшего бойца. Они вскоре прислали ответное письмо, очень благодарили: отдали документы в райсовет, и им наконец назначили военную пенсию по потере кормильца, даже за предыдущие годы выплатили деньги – раньше-то солдат числился пропавшим без вести, а стало быть, пенсия вдове не полагалась. Для Николая это стало стимулом продолжать поиски, возвращать имена погибшим героям. Сначала в одиночку, а потом, с конца 1960-х, уже во главе отряда «Сокол» – поискового отряда № 1 в СССР.
Друзья-следопыты называли Орлова «комендантом Долины смерти». Он ходил в такие места, куда сапёры соваться боялись: сплошные минные поля. Николай сам освоил сапёрное дело. Вспоминал, что одних только танков 120 штук подорвал в новгородских лесах, потом этот металл вытаскивали на лошадях и сдавали государству. А первые захоронения найденных бойцов появились на шоссе в урочище Любино Поле. Обелиски из бетона Орлов тоже делал сам. Он умер в 1980 году от астмы, Николаю было всего 53 года. Массовый поиск начался уже позже, в 80-х.Дело Николая продолжили его дети.
Николай Орлов (слева) и писатель-фронтовик Сергей Смирнов.
Потери среди наших были колоссальными – поисковики говорят о сотнях тысячах погибших. И это не считая жертв среди мирного населения, которое тоже было приказано выводить из «мешка». Дома сжигали, чтобы немцам не достались. Не зря местность между речушками Полисть и Глушица назвали Долиной смерти. А ещё здесь было очень много пропавших без вести, ведь все документы частей, сражавшихся здесь, вывезти в центр не сумели.
Не случайно именно в этих страшных местах под Новгородом после войны зародилось поисковое движение. И первым следопытом был Николай Орлов. Коренной новгородец, войну он провёл в Куйбышеве, где пацаном работал на авиазаводе, собирал штурмовики Ил-2 для фронта. Вернулся из эвакуации в Мясной Бор в 1946 году, стал путевым обходчиком, как и отец. Приехал и ужаснулся. Сотни бойцов лежали тут незахороненными. Забытые герои войны. В торфянике их останки сохранялись хорошо. В лес ходить было страшно, кругом мины: на них подорвались два брата Орлова, сам он был ранен.
Как-то Николай нашёл солдатский медальон, отправил его родственникам погибшего бойца. Они вскоре прислали ответное письмо, очень благодарили: отдали документы в райсовет, и им наконец назначили военную пенсию по потере кормильца, даже за предыдущие годы выплатили деньги – раньше-то солдат числился пропавшим без вести, а стало быть, пенсия вдове не полагалась. Для Николая это стало стимулом продолжать поиски, возвращать имена погибшим героям. Сначала в одиночку, а потом, с конца 1960-х, уже во главе отряда «Сокол» – поискового отряда № 1 в СССР.
Друзья-следопыты называли Орлова «комендантом Долины смерти». Он ходил в такие места, куда сапёры соваться боялись: сплошные минные поля. Николай сам освоил сапёрное дело. Вспоминал, что одних только танков 120 штук подорвал в новгородских лесах, потом этот металл вытаскивали на лошадях и сдавали государству. А первые захоронения найденных бойцов появились на шоссе в урочище Любино Поле. Обелиски из бетона Орлов тоже делал сам. Он умер в 1980 году от астмы, Николаю было всего 53 года. Массовый поиск начался уже позже, в 80-х.Дело Николая продолжили его дети.
Николай Орлов (слева) и писатель-фронтовик Сергей Смирнов.
Канал: История войн
![]() | ![]() | ![]() | ![]() |
Для добавления комментариев необходимо авторизоваться