27 июн в 19:41
Red_Cat1917
:
![](https://world76.spcs.bio/i/acl/all_grey.png)
![(OFF)](https://world76.spcs.bio/i/head/man_off.png?3)
![(G)](https://world76.spcs.bio/i/colored/medal_gold.png)
Альтернатива
А вот представим под Уфой Фрунзе и Чапаев убиты, взять Уфу не удалось, и фронт Колчака устоял. В Одессе не было бы восстания на французском флоте и интервенты бы не убрались с юга России и в войсках Деникина были бы не просто военные специалисты, а боевые части Антанты. И Троцкий бы опоздал, не смог остановить отступление под Петроградом и Юденич его таки взял. Словом, осенью 1919 года белые бы взяли Москву.
Ну, прежде всего по всей страну началось бы то, что мы видели летом восемнадцатого года, когда белые захватывали города на Волге, на Урале и в Сибири. Прежде всего «чистая « публика била бы до полусмерти или до смерти попавших им в руки красных, или тех, кого они посчитали за красных, потом террор принял бы организованные формы. По приговорам «Скорострельных судов» или вообще без всякого суда расстреливали бы комиссаров, членов реввоенсоветов, ответственных партийных и советских работников самого различного уровня, чекистов, работников особых отделов, наиболее заметных красных командиров, бойцов – интернационалистов – китайцев, венгров, латышей. Коммунисты, младшие командиры, военспецы, технические работники советов и просто уличённые в сотрудничестве или даже симпатиях к советской власти заключались бы в концлагеря- это не просто фантазии – так было в Сибири и на севере страны в 1918 году. Ну а с рядовыми беспартийными пленными красноармейцами в разное время поступали по разному – от расстрела, до мобилизации в белую армию. Думаю, в случае победы рядовых бы просто распустили по домам – слишком их было много.
Но после взятия Москвы единству белого движения, и до того относительному, пришёл бы конец. Это единство держалось, прежде всего, на принципе «Непредопределённости» - то есть вопрос о будущем устройстве России откладывался до победы и в войсках пресекалась не только социал-демократическая, но и монархическая агитация. Но всё – общего врага нет, надо решать, что делать дальше. Прежде всего атаманы Семёнов и Дутов, которые подчинялись Колчаку чисто номинально( а в общем то, вообще не подчинялись) откололись от страны и создали «независимые» государства. Независимые от России, естественно. Семёновский Дальний Восток и до того находился под фактическим протекторатом Японии. Разумеется, неизбежно бы началось националистическое движение в Туркестане. Когда там были красные, Фрунзе сумел направить недовольство декхан на баев, поставив вопрос о проведении земельной и водной реформ. Без красных народное движение возглавят баи и направят его против русских, как это было в 196 году, только в ещё больших масштабах. Русских в Туркестане просто начнут вырезать, в лучшем случае – изгонять, а потом начнутся внутриазиатские разборки. Помещать этому Россия никак не сможет, потому что против России – провозгласившей принцип «Россия единая, великая и неделимая» начнут наступление Польша в союзе с петлюровской Украиной и Прибалтикой, а с юга – Грузия. Значительная часть украинской красной армии перейдёт на сторону Петлюры – просто из чувства самосохранения. Это наступление окажется спасительным для заключённых концлагерей, большинство которых при ином исходе бы ждала смерть. Новая война потребует новых бойцов. Мобилизация бывших красноармейцев шла бы с большим трудом, если не сказать больше – дезертирство вообще во время гражданской войны имело большой размах, а здесь бы приобрело характер просто катастрофический, причём дезертировали бы не только вчерашние красные, но и вчерашние белые. И правительству ничего бы не осталось, как призывать заключённых концлагерей на польский и грузинский фронты. Но на каких бы рубежах война не закончилась, но признать независимость Польши, Украины, Прибалтики, Закавказских республик России бы пришлось, тем более, что на этом бы настаивали кураторы из Антанты.
Англия бы постаралась вернуться к своему плану 1918 года –создания Федерации Казачьих и Горских народов Северного Кавказа, для того, чтобы поставить под контроль Грозненскую нефть. Казаки дона, Кубани и Терека вряд ли пошли на эту авантюру, а вот горские народы бы точно создали какую ни будь Федерацию, отрезав Москву от нефти. Да и пропаганда сепаратизма среди казаков набирала бы всё большую активность. Допускать этого было бы никак нельзя и белые войска (включившие в себя значительный красный элемент) начали бы карательную операцию против горских народов и уральских казаков.
На северном Кавказе равнинную часть, в том числе и Грозный с промыслами, отбили бы довольно быстро, пользуясь превосходством в артиллерии, наличии бронепоездов и аэропланов, но в горах втянулись бы в новую затяжную кавказскую войну. Разгром Дутовского сепаратизма был бы обставлен пропагандистской шумихой о том, что уральские казаки, в отличие от других казачьих войск, бывших опорой престола, ещё с пугачёвских времён являются изменниками, уральское казачье войско объявлялось аннулированным, и на Урале реке проводилась бы типичная политика расказачивания. А вот на Дальневосточную республику Семёнова пришлось бы глаза закрыть –слишком далеко, да и ссориться с Японией нет резона.
В о же самое время в центральной России попытка восстановления помещичьего землевладения натолкнётся на столь мощное крестьянское сопротивление, что власть поймёт – играть с огнём нельзя, раз уже поиграли и Ленинский декрет о земле останется в силе.
Таким образом, к 22-23 годам в стране бы установился относительный мир – война на Кавказе и бандитизм красной и зелёной окраски не в счёт. Надо восстанавливаться. Прежде всего, если помещикам придётся утереться (причём очень и очень многие вздохнут с облегчением) – вместе с землёй они лишились и долговых обязательств перед банками, то в промышленности предприятия будут возвращены прежним владельцам. Но если с предприятиями или недвижимостью всё просто, так как вернуть банковскую собственность – это ведь деньги, а денежная система расстроена полностью. Интересно, что в наиболее выгодном положении бы оказались иностранные капиталисты – франко-бельгийский капитал контролировал в Донбассе значительную часть угольной и сталелитейной промышленности, англичане – добычу полиметаллов – а здесь восстановить производство достаточно просто, то вот коренные российские промышленники, занятые в текстильном бизнесе, лишившись дешёвого хлопка из Туркестана, оказались на грани разорения. Надо ещё учитывать и то, что страна была вынуждена выплачивать как кредиты царского времени, так и долги, сделанные правительствами Колчака и Деникина. Приходилось брать новые кредиты для оплаты старых долгов. Восстановление промышленности и инфраструктуры бы шло медленно из за отсутствия денег у государства, но торговля восстановилась бы относительно быстро. И если сейчас основным экспортным товаром являются углеводороды, то тогда –зерно и пенька. На селе очень быстро бы возник класс сельской буржуазии, а значительная часть разорившегося крестьянства превратилась бы в батраков.
Добавим массовую безработицу в городах, апатию после двойного поражения – в мировой войне и революции, отсутствие какой бы то ни было объединяющей идеи. Хотя – нет, значительную часть населения, если не большинство, раздражало бы иностранное присутствие, подчинённость страны иностранцам.
На этом фоне бы и прошли выборы в учредительное собрание. За кого бы проголосовал народ? Без всякого сомнения, лица, участвовавшие в гражданской войне на стороне красных, или сотрудничавшие с советами, избирательных прав были бы лишены. Казалось, в этих условиях победа гарантированно должна достаться кадетам. Но строй, установленный кадетами, не устраивал бы всех, люди ждали бы новую силу. И такой силой стали бы националисты. Нет, не черносотенцы. Это сейчас, когда церковь изображает из себя невинную жертву и канонизирует Николая, очень многие воспринимают это всерьёз. Году в в 23-25 ещё была бы свежа память о двурушничестве церкви в1917 году, её предательстве монархии и поддержке временного правительства. К власти, без всякого сомнения, пришли бы фашисты. Наиболее вероятный портрет их лидера – эсер с дореволюционным стажем, в первую мировую – на фронте, в гражданскую- участник антибольшевистского восстания, потом воевал на фронтах у Колчака или Деникина.
Соответсвующая мифология о великом прошлом России, что то вроде нынешнего мифа о Тартарии, или о том, что мы являемся наследниками Орды в той же мере, что и татары и русские отряды стояли во времена оны по всей Азии. Возможно – отрицание христианства и ислама – мол до того на всей Евразии была общая религия и надо вернуться к ней, а христианство – это выдумка иудеев. И разумеется, евреи сами собой напрашиваются на роль козла отпущения – прежде всего, как виновники большевистского переворота. Правда, местечковое еврейство Октябрьскую революцию отнюдь не поддерживало, и Бунд долго призывал к борьбе с большевиками и только весной 1919 года изменил своё отношение к советской власти и призвал вступать в красную армию – подействовала агитация деникинцев и, особенно, петлюровцев погромами. Но кого же интересует историческая правда, что тогда, что сейчас? Следующим пунктом программы, который бы очень импонировал как значительной части русской буржуазии, так и рабочим - обещание отказаться от выплаты иностранных долгов – Россия заплатила свои долги кровью и на Германском фронте, и спасая мир от большевистской заразы, обещание отобрать заводы и фабрики у иностранцев и передать их эффективным российским хозяевам, налаживание работы промышленности по единому плану и под государственным контролем. Ну и конечно же, необходимость вернуть исконно русские земли, отторгнутые врагами России.
Эти меры привели бы к оживлению экономики, текстильные предприятия вместо хлопка в значительной мере бы переориентировались на лён, началось восстановление старых и строительство новых заводов, восстановление железнодорожного хозяйства. Но начавшееся возрождение страны было бы остановлено кризисом 1929 года. Хотя меры государственного регулирования и снизили бы, в значительной мере, его последствия для страны, всё равно сокращение производства и рост безработицы были бы неизбежны. Те же самые явления, и в ещё большей мере происходили бы на Украине. И правители обеих стран постарались бы отвлечь народное недовольство на внешнего врага. Неизбежно бы разразилась вторая украинская война, которая, несмотря на вмешательство Польши закончилась бы более благоприятно для России, возможно даже –разделом Украины между Россией и Польшей. Далее логично было бы ликвидировать Дальневосточную республику и расширить свои границы за счёт Туркестана. Но успела бы Россия ввязаться в эти войны – вопрос. К тому времени выросли бы другие хищники – Германия, Италия, Япония, а вот здесь то поражение России было бы неизбежно. Вполне возможно, какое то ядро Российской государственности бы и сохранилось в виде нескольких государств на Урале и в Сибири, но значительные территории Европейской России были бы поделены между европейскими захватчиками, причём львиная доля досталась бы немцам, дальний Восток и Забайкалье заняли бы японцы , а Камчатку и Чукотку оккупировали американцы. Так что никакую победу бы мы сейчас не праздновали, и о полётах в космос не вспоминали.
Жаль, не знаю кто автор. (с просторов интернета)
Ну, прежде всего по всей страну началось бы то, что мы видели летом восемнадцатого года, когда белые захватывали города на Волге, на Урале и в Сибири. Прежде всего «чистая « публика била бы до полусмерти или до смерти попавших им в руки красных, или тех, кого они посчитали за красных, потом террор принял бы организованные формы. По приговорам «Скорострельных судов» или вообще без всякого суда расстреливали бы комиссаров, членов реввоенсоветов, ответственных партийных и советских работников самого различного уровня, чекистов, работников особых отделов, наиболее заметных красных командиров, бойцов – интернационалистов – китайцев, венгров, латышей. Коммунисты, младшие командиры, военспецы, технические работники советов и просто уличённые в сотрудничестве или даже симпатиях к советской власти заключались бы в концлагеря- это не просто фантазии – так было в Сибири и на севере страны в 1918 году. Ну а с рядовыми беспартийными пленными красноармейцами в разное время поступали по разному – от расстрела, до мобилизации в белую армию. Думаю, в случае победы рядовых бы просто распустили по домам – слишком их было много.
Но после взятия Москвы единству белого движения, и до того относительному, пришёл бы конец. Это единство держалось, прежде всего, на принципе «Непредопределённости» - то есть вопрос о будущем устройстве России откладывался до победы и в войсках пресекалась не только социал-демократическая, но и монархическая агитация. Но всё – общего врага нет, надо решать, что делать дальше. Прежде всего атаманы Семёнов и Дутов, которые подчинялись Колчаку чисто номинально( а в общем то, вообще не подчинялись) откололись от страны и создали «независимые» государства. Независимые от России, естественно. Семёновский Дальний Восток и до того находился под фактическим протекторатом Японии. Разумеется, неизбежно бы началось националистическое движение в Туркестане. Когда там были красные, Фрунзе сумел направить недовольство декхан на баев, поставив вопрос о проведении земельной и водной реформ. Без красных народное движение возглавят баи и направят его против русских, как это было в 196 году, только в ещё больших масштабах. Русских в Туркестане просто начнут вырезать, в лучшем случае – изгонять, а потом начнутся внутриазиатские разборки. Помещать этому Россия никак не сможет, потому что против России – провозгласившей принцип «Россия единая, великая и неделимая» начнут наступление Польша в союзе с петлюровской Украиной и Прибалтикой, а с юга – Грузия. Значительная часть украинской красной армии перейдёт на сторону Петлюры – просто из чувства самосохранения. Это наступление окажется спасительным для заключённых концлагерей, большинство которых при ином исходе бы ждала смерть. Новая война потребует новых бойцов. Мобилизация бывших красноармейцев шла бы с большим трудом, если не сказать больше – дезертирство вообще во время гражданской войны имело большой размах, а здесь бы приобрело характер просто катастрофический, причём дезертировали бы не только вчерашние красные, но и вчерашние белые. И правительству ничего бы не осталось, как призывать заключённых концлагерей на польский и грузинский фронты. Но на каких бы рубежах война не закончилась, но признать независимость Польши, Украины, Прибалтики, Закавказских республик России бы пришлось, тем более, что на этом бы настаивали кураторы из Антанты.
Англия бы постаралась вернуться к своему плану 1918 года –создания Федерации Казачьих и Горских народов Северного Кавказа, для того, чтобы поставить под контроль Грозненскую нефть. Казаки дона, Кубани и Терека вряд ли пошли на эту авантюру, а вот горские народы бы точно создали какую ни будь Федерацию, отрезав Москву от нефти. Да и пропаганда сепаратизма среди казаков набирала бы всё большую активность. Допускать этого было бы никак нельзя и белые войска (включившие в себя значительный красный элемент) начали бы карательную операцию против горских народов и уральских казаков.
На северном Кавказе равнинную часть, в том числе и Грозный с промыслами, отбили бы довольно быстро, пользуясь превосходством в артиллерии, наличии бронепоездов и аэропланов, но в горах втянулись бы в новую затяжную кавказскую войну. Разгром Дутовского сепаратизма был бы обставлен пропагандистской шумихой о том, что уральские казаки, в отличие от других казачьих войск, бывших опорой престола, ещё с пугачёвских времён являются изменниками, уральское казачье войско объявлялось аннулированным, и на Урале реке проводилась бы типичная политика расказачивания. А вот на Дальневосточную республику Семёнова пришлось бы глаза закрыть –слишком далеко, да и ссориться с Японией нет резона.
В о же самое время в центральной России попытка восстановления помещичьего землевладения натолкнётся на столь мощное крестьянское сопротивление, что власть поймёт – играть с огнём нельзя, раз уже поиграли и Ленинский декрет о земле останется в силе.
Таким образом, к 22-23 годам в стране бы установился относительный мир – война на Кавказе и бандитизм красной и зелёной окраски не в счёт. Надо восстанавливаться. Прежде всего, если помещикам придётся утереться (причём очень и очень многие вздохнут с облегчением) – вместе с землёй они лишились и долговых обязательств перед банками, то в промышленности предприятия будут возвращены прежним владельцам. Но если с предприятиями или недвижимостью всё просто, так как вернуть банковскую собственность – это ведь деньги, а денежная система расстроена полностью. Интересно, что в наиболее выгодном положении бы оказались иностранные капиталисты – франко-бельгийский капитал контролировал в Донбассе значительную часть угольной и сталелитейной промышленности, англичане – добычу полиметаллов – а здесь восстановить производство достаточно просто, то вот коренные российские промышленники, занятые в текстильном бизнесе, лишившись дешёвого хлопка из Туркестана, оказались на грани разорения. Надо ещё учитывать и то, что страна была вынуждена выплачивать как кредиты царского времени, так и долги, сделанные правительствами Колчака и Деникина. Приходилось брать новые кредиты для оплаты старых долгов. Восстановление промышленности и инфраструктуры бы шло медленно из за отсутствия денег у государства, но торговля восстановилась бы относительно быстро. И если сейчас основным экспортным товаром являются углеводороды, то тогда –зерно и пенька. На селе очень быстро бы возник класс сельской буржуазии, а значительная часть разорившегося крестьянства превратилась бы в батраков.
Добавим массовую безработицу в городах, апатию после двойного поражения – в мировой войне и революции, отсутствие какой бы то ни было объединяющей идеи. Хотя – нет, значительную часть населения, если не большинство, раздражало бы иностранное присутствие, подчинённость страны иностранцам.
На этом фоне бы и прошли выборы в учредительное собрание. За кого бы проголосовал народ? Без всякого сомнения, лица, участвовавшие в гражданской войне на стороне красных, или сотрудничавшие с советами, избирательных прав были бы лишены. Казалось, в этих условиях победа гарантированно должна достаться кадетам. Но строй, установленный кадетами, не устраивал бы всех, люди ждали бы новую силу. И такой силой стали бы националисты. Нет, не черносотенцы. Это сейчас, когда церковь изображает из себя невинную жертву и канонизирует Николая, очень многие воспринимают это всерьёз. Году в в 23-25 ещё была бы свежа память о двурушничестве церкви в1917 году, её предательстве монархии и поддержке временного правительства. К власти, без всякого сомнения, пришли бы фашисты. Наиболее вероятный портрет их лидера – эсер с дореволюционным стажем, в первую мировую – на фронте, в гражданскую- участник антибольшевистского восстания, потом воевал на фронтах у Колчака или Деникина.
Соответсвующая мифология о великом прошлом России, что то вроде нынешнего мифа о Тартарии, или о том, что мы являемся наследниками Орды в той же мере, что и татары и русские отряды стояли во времена оны по всей Азии. Возможно – отрицание христианства и ислама – мол до того на всей Евразии была общая религия и надо вернуться к ней, а христианство – это выдумка иудеев. И разумеется, евреи сами собой напрашиваются на роль козла отпущения – прежде всего, как виновники большевистского переворота. Правда, местечковое еврейство Октябрьскую революцию отнюдь не поддерживало, и Бунд долго призывал к борьбе с большевиками и только весной 1919 года изменил своё отношение к советской власти и призвал вступать в красную армию – подействовала агитация деникинцев и, особенно, петлюровцев погромами. Но кого же интересует историческая правда, что тогда, что сейчас? Следующим пунктом программы, который бы очень импонировал как значительной части русской буржуазии, так и рабочим - обещание отказаться от выплаты иностранных долгов – Россия заплатила свои долги кровью и на Германском фронте, и спасая мир от большевистской заразы, обещание отобрать заводы и фабрики у иностранцев и передать их эффективным российским хозяевам, налаживание работы промышленности по единому плану и под государственным контролем. Ну и конечно же, необходимость вернуть исконно русские земли, отторгнутые врагами России.
Эти меры привели бы к оживлению экономики, текстильные предприятия вместо хлопка в значительной мере бы переориентировались на лён, началось восстановление старых и строительство новых заводов, восстановление железнодорожного хозяйства. Но начавшееся возрождение страны было бы остановлено кризисом 1929 года. Хотя меры государственного регулирования и снизили бы, в значительной мере, его последствия для страны, всё равно сокращение производства и рост безработицы были бы неизбежны. Те же самые явления, и в ещё большей мере происходили бы на Украине. И правители обеих стран постарались бы отвлечь народное недовольство на внешнего врага. Неизбежно бы разразилась вторая украинская война, которая, несмотря на вмешательство Польши закончилась бы более благоприятно для России, возможно даже –разделом Украины между Россией и Польшей. Далее логично было бы ликвидировать Дальневосточную республику и расширить свои границы за счёт Туркестана. Но успела бы Россия ввязаться в эти войны – вопрос. К тому времени выросли бы другие хищники – Германия, Италия, Япония, а вот здесь то поражение России было бы неизбежно. Вполне возможно, какое то ядро Российской государственности бы и сохранилось в виде нескольких государств на Урале и в Сибири, но значительные территории Европейской России были бы поделены между европейскими захватчиками, причём львиная доля досталась бы немцам, дальний Восток и Забайкалье заняли бы японцы , а Камчатку и Чукотку оккупировали американцы. Так что никакую победу бы мы сейчас не праздновали, и о полётах в космос не вспоминали.
Жаль, не знаю кто автор. (с просторов интернета)
Канал: Интересное в сети
![]() | ![]() | ![]() | ![]() |
Комментарии (4)
Для добавления комментариев необходимо авторизоваться