Пьер Бастьен — это замечательный трубач, композитор, создатель уникального механического оркестра, который так и называется...
Пьер Бастьен — это замечательный трубач, композитор, создатель уникального механического оркестра, который так и называется — Mecanium. Его записи уже не вполне пластинки, это скорее музыкальные инсталляции: в случае П.Б. важно не только прислушиваться к циркуляции крайне приятных звуков, но и теоретически представлять себе все эти скрипки, работающие на автомате, самонаводящиеся барабанчики и навечно заевшие пластинки. На Западе Бастьен тихонечко прославился из-за своих контактов с Паскалем Комеладом, а у нас — благодаря сотрудничеству со скрипачом Алексеем Айги (несколько лет назад по инициативе последнего П.Б. приезжал с концертами в Москву). Этот сочинитель в буквальном смысле слова работает над звуком, от его композиций пахнет мастерской — кажется, что инструменты строгают и шлифуют некую благодатную музыкальную заготовку. В результате этого цехового минимализма получается практически беспрецедентный объект на грани джаза, краут-рока, техно и разнообразной этники. Обаяние П.Б. заключено в первую очередь в его маниакальной дисциплине: он скорее трудяга-многостаночник, нежели дизайнер-украшатель, его стиль — не фантазии, но полноценные изобретения. С другой же стороны, конструирует Бастьен нечто совсем несуразное — он сродни советским конструктивистам, которые сочетали стремление к абсолютной утилитарности со столь же абсолютной бесполезностью своих творений (вспомните о летательном аппарате Татлина). Но если конструктивисты в массе своей были категорически против любого комфорта, то Бастьен все же идет на некоторые уступки — когда слушатель уже порывается сойти с ума от гипнотического клацанья перкуссий, Бастьен вводит в действие свою нежную сурдинистую трубу. И вот уж эти моменты действительно стоят того, чтобы возжелать вечной иглы если не для примуса, так хотя бы для музыкального проигрывателя.